b000000635

ВМЪСТО ВВЕДЕНЫ . Приступая къ изюженію «Русской, Лите- ратуры» въ видѣ «Очерковъ и біографій», мы ограничились только обзоромъ иисьмеп- ныхъ памятниковъ, и лишь мимоходомъ, мѣ- стами, коснулись ироизведеиій словесности устной, не иосвящая ей особаго отдѣла, по- тому что, при современномъ состояніи раз- работки нашей устной словесности, мы видѣ- ли себя въ иолнѣйшей невозможности изло- жить этотъ отдѣіъ въ той лее сжатой и до- ступной формѣ, какую мы придали всѣмъ остальньшъ отдѣламъ нашей книги. Въ замѣнъ этого, весьма существеннаго иробѣла нашей книги, мы обратили особенное вниманіе при излоаіеніи древняго періода на- шей литературы на то, чтобы каждому изъ на- шихъ читателей доставить возможность пепо- средственнаю знакомства съ памятниками. Кромѣ отрывковъ, помѣщенныхъ вътекстѣ главъ, въ нриложеніж къ главамъ приведены были нами образцы такихъ литературных!, родовъ и видовъ, о которыхъ современная литература неможетъ дать намъ понятія:— иоученія и посланія, анокрифы, духовные стихи и сказавія, житія и старинныя повѣсти. Мы привели всѣ памятники нашей старинной литературы въ переводѣ, кромѣ тѣхъ, одиа- коже, которыхъ языкъ можетъ быть вполиѣ доступенъ каждому и въ настоящее время. При изюжеиіи новѣйшаго періода лите- ратуры, начиная съ Петровскаго времени, мы ограничились только важнѣйшими дѣя- телями литературными. При этомъ, мы ста- рались какъ можно болѣе заставить гово- рить самыя лица, съ которыми предстояло познакомить читателя: ихъ сочиненія, ихъ собственныя авто-біографпческія замѣткп и письма, а также и тѣ живыя, яркія черты, которыя могли быть заимствованы нами изъ современныхъ мемуаровъ и свидѣ- тельствъ— вотъ что, главнѣйшимъ образомъ, составляло матерьяіъ для нашихъ біографій. Литературу XVIII вѣка мы рѣшились иод- раздѣлить только на два періода: эпоху пре- образованш, въ теченіе которой въ нашемъ обществѣ и литературѣ преобладали идеи, ноложенныя Петромъ Великимъ въ основа- ніе его громадной реформы, п вѣкъ Екате- рины, когда и общество, и литература напіа подчинились французскому вліянію , такъ ясно выразившемуся въ Наказѣ. На осно- ванін такого раздѣленія, Ломоносовъ явил- ся у насъ не во главѣ періода, будто-бы отврываемаго имъ, а наиротпвъ того, въ концѣ періода, которымъ онъ самъ былъ произведенъ и вызванъ къ жизни. Такой иорядокъ изложенія казался намъ болѣе согласпымъ съ историческою послѣдователь- иостыо, недопускающею никакихъ ирыж- ковъ п перерывовъ, тѣсно связывающею предъидущее съ посіѣдующимъ въ общемъ, непрерывиомъ теченіи событій... Не можемъ не замѣтить, въ дополненіе къ вышеизложенному, что печатанье книги, по разнымъ обстоятельствамъ , продолжалось слишкомъ годъ и три мѣсяца, вслѣдствіе чего мы и не имѣли возможности восполь- зоваться для нѣкоторыхъ отдѣловъ кашей книги тѣми матерьялами, которыми исторія нашей литературы обогатилась въ иослѣдній годъ. Въ заключеніе, долгомъ считаемъ доба- вить, что изъ числа сорока двухъ главъ, со- ставляющихъ нашу книгу, четыре главы, — - а именно: XXIV, ХХХѴШ, ХЬ и ХЫ - написангі были не нами. Первая изъ этихъ главъ принадлежитъ перу спеціалиста, много лѣтъ посвятпвшаго изученію сочиненій и біографій Тредіаковскаго; три остальныя главы нанисаны были, по иросьбѣ нашей, для иастоящаго труда другимъ лицожъ близко зпакомымъ съ нашею литературою тридцатыхъ и сороковыхъ годовъ нынѣш- няго столѣтія. VII