b000000635

СОДЕРЖ АНІЕ ИСТОРШ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. СКАЗАНІЙ. отъ князеіт, и отъ людей, п отъ коней». Такъ начинается Русское сказаніе, тѣсно связан- ное съ другтіъ сказаніемъ «о перенесенін чу- дотворнаго образа Николы Зарайскаго изъ Корсуня въ Рязань». Затѣмъ описываются со- вѣщанія князей, которые рѣшаютъ отправить къ Батыю ыолодато князя Ѳеодора Юрьевича съ дарами и просьбою, не воевать Рязанской земли. Князь Ѳеодоръ ласково былъ принять Батыемъ, который взялъ отъ него и дары... но тутъ одянъ Рязанскій бояринъ-измѣнникъ шепнул ъ хану, что у Ѳеодора жена — краса- вица; Батый потребовалъ, чтобы Ѳеодоръ по- казалъ ему жену, на что тотъ улыбнулся и от- вѣчалъ ему: «когда насъ одолѣепгь, тогда п женами нашими владѣть будешь». Батый нри- казалъ убить Ѳеодора п сонровождавшихъ его князей и бросить тѣла ихъ звѣрямъ и итицамъ на растерзаніе. Ѳдинъ изъ пѣстуновъ князя, именемъ Анолоница, успѣлъ скрыть на нѣко- торое время тѣло возлелѣянаго имъ питом- ца и поспѣпіилъ съ вѣстью о смерти его къ благовѣрной княгпнѣ Евпраксіи, жеыѣ Ѳео- дора Юрьевича. Блаженная княгиня Евирак- сія стояла на стѣнѣ своего высокаго терема и держала на рукахъ сына своего Ивана, ког- да къ ней пришелъ Аподонпца съ горестною вѣстью о мученической кончинѣ супруга ея; и вотъ, едва услышала она эту вѣсть, какъ вмѣстѣ съ сыномъ бросилась виизъ съ высо- кой стѣны и убилась до смерти. — Тогда кпязь Юрій Игоревичъ Рязанскій, съ другими со- сѣдними князьями выстунилъ на встрѣчу иол- чищамъ татарскимъ, и нроизошла сѣча ужас- ная; «одному приходилось» — по выраженію сказанія — «биться съ тысячами, а двоимъ — съ тьмами». Первый паль въ битвѣ братъЮрія, Давидъ Жгоровнчъ. Увидѣвъ это, Юрій въ го- рести восклиішулъ:«братія моя милая, дружи- на ласковая, узорочье и воспитаніе Рязанское, мужайтесь и крѣпитесь; брать нашъ Давидъ прежде насъ нспилъ чашу, — и мы ли ея не выпьемъ»! Удальцы лее жрѣзвецы Рязанскіе такъ крѣпко бились, что даже земля подъ ними сто- нала п Батыевы полки пришли въ смятеиіе. Однако 5ке несмѣтиое множество полковъ одо- лѣло горсть храбрыхъ — ни одинъ не ушелъ: «всѣ равно палии испили единую общую чашу смерти, всѣ полегли тамъ вмѣстѣ». Одинъ толь- ко Олегъ Игоревичъ, по прозванію Красный, взятъ былъ, израненный, въ илѣнъ Батыемъ, но и тотъ иріялъ вѣнецъ мученическій, ибо на- чалъ укорять Батыя, называя его безбожнымъ и врагомъ хрістіанства,и тотъ повелѣ лъ изрубить его въ куски. Бслѣдъ за битвою, полчища та- тарскія осадили Рязань, взяли ее послѣ долгой и храброй обороны, и сравняли съ землею. Тогда вдругъ, съ небольшою горстью избѣгнув- шихъ гибели Рязанцевъ является мстителемъ своихъ соотчичей одинъ изъ вельможъ Рязан- скихъ,ио имени Евпатій Коловратъ. Со сторо- ны Чернигова, гдѣ онъ собпралъ подать для своего князя, этотъ удалецъ внезапно ударя- етъ на татарскія полчища и начинаетъ изби- вать ихъ нещадно. Татары понять не могутъ, откуда явился этотъ исполинъ со своею бога- тырскою дружиною? Самъ царь Батый затре- петалъ и тревожно спрашиваетъ прнведен- ныхъ къ нему плѣиниковъ, изъ дружины Ев- натія, кто они, какой вѣры, и къ чему столь- ко зла творятъ татарамъ? «И они отвѣчали: «мы всѣ вѣры христіанской, а рабы великаго князя Юрія Игоревича, отъ полкаЕвпатія Ко- ловрата, посланы всѣ отъ кн. Юрія Игореви- ча Рязанскаго почтить тебя, сильнаго царя, и честно проводить, пчесть тебѣ должную воз- дать; не поднвися на наст, царь, что мы не успѣваемъ наливать чашъ на великую силу та- тарскую». Тогда Батый высылаетъ иротивъ Ев- натія шурина своего Таврула, который хва- лится тѣмъ, что приведетъ къ Батыю Евпатія жнвьемъ. Но едва съѣхались они съ Евиаті- емъ, какъ тотъ разсѣкъ его иа-полы, до самаго сѣдла... Также точно нобиль и изрубилъ онъ много и другихъ знатныхъ татаръ. пока они не навели на него множество синей, съ наря- до.чъ (?) и тутъ только едва его одолѣли, и при- несли тѣло его къ Батыю. И подивился Батый богатырскому тѣлу Евпатія и сказалъ: «брать Евпатій, гораздо ты меня употчивалъ съ малою своею дружиною, да много и побилъ знаменитыхъ богатырей сильной орды; если бы ты у меня, царя, служилъ, то я бы тебя иро- тивъ сердца своего держалъ . » И повелѣлъ царь Батый дать тѣло Евнатіево остальной его дру- жинѣ, которая поймана была на побоищѣ еще живая, и повелѣлъ ихъ отпустить съ тѣломъ (Евпатія) и ничѣмъ имъ не вредить.» Въ концѣ этого замѣчательнаго сказанія прибавленъ «плачь князя Игоря Игоревича о братіи побіенной отъ нечестиваго царя Ба- тыя.» Такого рода «плачи» присоединялись къ очень многимъ пзъ повѣстей и сказаній, не только излагающихъ горестныя событія въ родѣ только что номянутаго «Рязанскаго взя- тія», но даже и радостныя (такія напримѣръ.