b000000635

СОДЕРЖАЩЕ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. СКАЗАН1ІІ. го-то они и впдятъ себя вынужденными по- черпать образы дія своего поэтическаго вдох- новенія , такъ какъ жизнь внѣ-монастырская для нпхъ не существует'!,, а та, среди которой они живутъ въ стѣнахъ своей обители, можетъ настроить ихъ воображеніе только на одинъ религіозно-нравственный ладъ. Любопытвѣйшимъ изъ этихъ сѣверо-заиад- ныхъ украпгенныхъ сказаній нашихъ являет- ся конечно — Рукотісанге Машуша, короля Свѣйскаго. Основою ему нослужилъ дѣйствп- тельный историческій фактъ. Шведскій ко- роль, Магнусъ Эриксонъ, предпринималъ кре- стовый походъ ироднвъ Новгорода; походъ Магнуса, сначала грозившій большою опас- ностью Новгородцаыъи православно, неудал- ся; и на родинѣ Магнуса ждали тоже неуда- чи и бѣдствія; онъ вовлечень былъвъ междоу- собную войну со своими сыновьями, потомъ свергнуть вельможами съ престола н послѣ пятиіѣтняго томленія въ плѣну, скончался въ Норвегіи, въ 1374 г. Эта историческая основа, вѣроятно поразившая трагическою стороною дѣйствительности умы современныхъ Ново- городскихъ книжниковъ, которымъ конеч- но, при ихъ постоянныхъ торговыхъ сиошені- яхъ съ Швеціею, стали вскорѣ нзвѣстны всѣ обстоятельства жизни нѣкогда грознаго для ннхъ Магнуса, побудила одного изъ нихъ къ составленію «Рукописанія Машуша». Въ немъ, въ формѣ Русскихъ завѣщаній, Магиусъ рас- казываетъ всю свою жизнь и бѣдствія, по- стигшія его будто бы за то, что онъ иресту- иилъ противъ Новгорода крестное цѣлованіе, и даетъ совѣты дѣтямъ своимъ, чтобы они не воевали съ Новгородомъ, если не хотятъ под- вергнуться такпмъ же бѣдамъ и напастямъ. «Я, Магнусъ, король Шведскій, нареченный во св. крещеніи Григорий, отходя отъ свѣта сего, пишу рукописаніе при жизни своей, и приказываю своимъ дѣтямъ, своей братьѣ и всей землѣ Шведской: не наступайте на Русь на крестномъ цѣлованіи, потому что намъ не удается». (За этимъ слѣдуетъ перечисленіе всѣхъ неудачныхъ Шведскихъ походовъ на Русь, начиная отъ Биргера, сражавшагося съ Александромъ Невскимъ, до самаго Маг- нуса). «Послѣ похода моего», — продолжаетъ Магнусъ, — «нашла на нашу землю Шведскую погибель, потопъ, моръ, голодъ и междоусоб- ная война. У меня самаго отнялъ Богъ умъ, и просидѣлъ я цѣлый годъ задѣланъ въ палатѣ, прикованный на цѣпи; потомъ нріѣхалъ сынъ мой изъ Мурманской (Норвежской) земли, вы- нулъ меня изъ палаты и повелъ въ свою землю Мурманскую. Но и на дорогѣ опять поднялась буря, потопила корабли и людей моихъ, сама- го меня вѣтеръ носилъ три дня и три ночи, наконецъ принесъ нодъ монастырь св. Сиаса, въ Полную рѣку; здѣсь монахи сняли меня съ доски, внесли въ монастырь, постригли въ чер- нецы и схиму, послѣ чего и живу я три дня и три ночи: а все это меня Богъ наказалъ за мое высокоуміе, что настуналъ я на Русь вопреки крестному цѣлованію. Теперь приказываю своимъ дѣтямъ и братьямъ; не наступайте на Русь на крестномъ цѣлованіи; а кто насту- питъ, на того Богъ и огонь, и вода, которыми я былъ казненъ; а все это сотворилъ мнѣ Богъ къ моему спасенію». Первая изъ только-что упомянутыхъ нами повѣстей принадлежитъ ХШ вѣку; вторая — ХІУ. Къ ХШ же вѣку относятся «Рязанское сказаніе о нашествіи Батыя» и сказаніе «объ убіенін князя Михаила Черниговскаго и бояри- на его Ѳеодора въ Ордѣ отъ Батыя». Къ ХІѴ вѣку, въ теченіе котораго этотъ литературный родъ особенно укоренился и развился у насъ, относятся, — кромѣ «Магнушева рукописа- нія», — «сказаніе объ убіеніикн. Михаила Твер- скаго въ Ордѣ отъ Узбека», «о взятіи и раззо- реніи Москвы Тахтамышемъ», «новѣсть о спа- сеніп Москвы отъ Тамерлана», «слово о томъ, какъ бился Витовтъ съ Темиръ-Кутлуемъ», «слово о житіи и нреставленіи Димитрія Дои- скаго»; наконецъ — цѣлый рядъ сказаній «о Мамаевомъ нобоищѣ». Изъ этого простаго перечисленія видно, что главный интересъ всѣхъ новѣстей и ска- заній, сохранившихся намъ отъ XIII и XI V вѣка, вращается около одной главной осно- вы — татарскагоига и борьбы противъ татаръ. Этотъ живой интересъ прпдалъ нѣкоторымъ изъ однообразныхъ и рнторски-напыщенныхъ сказаній, повѣстей и словъ, живыя краски поэтическаго одушевленія. Такпмъ одушевле- іеніемъ особенно отличается «Рязанское ска- заніе о нашествіи Батыя», которое мы и пере- дадимъ здѣсь вкратцѣ, а въ добавленіяхъ къ этой главѣ сообщимъ то же самое сказаніе въ поэтическомъ иересказѣ Мея. «Пришелъ за грѣхп наши безбожный царь Батый наРусскую землю съмножествомъ вой- ска татарскаго, и сталъ на рѣкѣ Воронежѣ, и иослалъ къ князю Юрію Игоревичу Рязан- скому пословъ, требуя десятины отъ всего: и 87