b000000630

19 щій варѣ по закону 28 августа 1808 года. Если же при такомъ нарушеніи закона, нарушители'будутъ употреблять еще діатеріалъ для свѣчъ поддѣлышй, то ихъ должно тѣмъ болѣе нреслѣдовать, разсматривая поддѣлку матеріала, какъ увеличивающее вину обстоятельство. Толковать же законъ иначе, въ томъ смыслѣ, какъ толкуетъ его Еазеннаи Па- лата въ разсматриваемомъ случаѣ, значить совсѣмъ отмѣ- ннть дѣйствіе закона. Мзвѣстно, что «церезинъ» значи- тельно дешевле пчелинаго воска, такъ что продавать вмѣ- сто восковыхъ свѣчъ поддѣльныя не обыкновенно выгодно. Понятно, что стоить только объявить безнаказанность про- дажи поддѣльныхъ свѣчъ вмѣсто восковыхъ, и — законъ 28 августа 1808 года будетъ «мертвымъ закономъ», а церковные интересы, вопреки волѣ Законодателя, будутъ отданы въ жертву «алчному корыстолюбію» торговцевъ. Мнѣніс Казенной Палаты такимъ образомъ не только не оправдывается закономъ 28 августа 1808 г., но прямо противорѣчитъ его буквальному содержанію и цѣли. Въ оправданіе своего рѣшенія Казенная Палата ссылается на указъ Правительствующаго Сената по дѣлу фейерверкера Зворыкина отъ ІВ января 1884 г., за Л» 1067-мъ. По мнѣнію Палаты, Сенатъ освободиль Зворыкина отъ взыска- нія, опредѣленнаго закономъ 28 августа 1808 года, потому, что свѣчи Зворыкина оказались сдѣланными не изъ чистаго пчелинаго воска, а съ приыѣсью «церезина». Но содержа- ніе этого указа вовсе не позволяетъ сдѣлать изъ него такой выводъ. Сенатъ освободиль Зворыкина отъ взыска- нія потому , что не доказано было нарушеніе Ззорыкинымъ закона 28 августа 1808 года: мысль эта выражена въ приведенныхъ соображеніяхъ о томъ, что фактъ продажи Зворыкинымъ свѣчъ для церковнаго употребления он розницу не доказанъ, — что свѣчи были въ закрытыхъ ящикахъ,