b000000630

43 ствіе и не раскрыло. — Странно, почему къ допросу не была привлечена стража, имѣвшая доступъ къ Селиванову, безъ участія коей едва-ли возможны были сношенія, на что указы- валъ въ своей запискѣ Андреяновъ (см, выше)... По обычному порядку изъ Суздальскаго уѣзднаго суда дѣло поступило во Владимірскую уголовную палату.— Палата признала фактъ существованія скопчества, къ коему несомнѣн- но принадлежатъ Еоробовъ, Ивановъ и Паисія, остальные же только' подозрѣваются, и постановила: Иванова и Коробова сослать въ Иркутскую губернію, Паисію удалить въ другой монастырь подъ крѣпкій надзоръ, о чемъ и представить Епар- хіальному Начальству, прочихъ отослать въ духовную Конси- сторію для увѣщанія, а потомъ предоставить надзору духов- ныхъ отцовъ ихъ и мѣстной полиціи; принять строгія мѣры, чтобы не было никакихъ сношеній съ Селивановымъ; дать знать Московскому Губернатору, что можно, какъ видно изъ письма Паисіи, подозрѣвать скопчество въ Москвѣ на ленточ- ной фабрикѣ '). Это постановленіе палаты до приведенія его въ исполне- ніе было передано Министру Внутреннихъ Дѣлъ. — Комитетъ Министровъ 23 января 1826 г. постановилъ: скопцовъ Ива- нова и Коробова отдать въ солдаты, а въ случаѣ неспособно- сти къ военной службѣ сослать въ Сибирь на поселеніе, о прочихъ же въ комитетѣ сужденія не было. — 16 февраля того же года это постановленіе было Высочайше утверждено. — Но до приведенія приговора въ исполненіе Иванъ Коробовъ по- меръ, другой же скопецъ Иванъ Ивановъ по слабости здоровья не былъ принятъ въ солдаты, а потому и сосланъ былъ въ Сибирь. Монахиня Паисія была переведена въ Муромскій Троиц- кій монастырь и поселена была сначала въ отдѣльной кельѣ, !) Эта ыысль палаты оказалась особенно удачна. Когда въ Москвѣ было произведено разслѣдованіе, на ленточной фабрикѣ оказался дѣлый скоическій ко- рабль (6 мужчинъ и 6 женщинъ).