b000000630

ІІІ) 27 Все, что дитя видитъ и слышитъ, не проходитъ для него безслѣдно, но глубоко западаетъ въ его душу. Дитя и жи- ветъ только подражаніемъ: если видитъ свою мать моля- щеюся, оно и само начинаетъ молиться; если мать ио- даетъ милостыню, и дитя бываетъ счастливо, когда ему позволяютъ сдѣлать тоже; если мать любитъ ходить въ цер- ковь, вмѣстѣ съ нею нривыкаетъ ходить и дитя. Правда, механически, безсознательно, слагаетъ ребенокъ свои ру- чейки для крестнаго знаменія, безсознательно повтор яетъ всдѣдъ за матерью слова молитвы, — все же это — сѣмя брошенное на добрую почву, которое въ свое время мо- жетъ принести добрый плодъ. Да, блаженно, сто кратъ блаженно то семейство, гдѣ ребенокъ имѣетъ такихъ ро- дителей и такіе примѣры! Путь нравственнаго преусііѣянія навсегда обезпеченъ за нимъ: на долю школы остается поддержать, укрѣішть то, что насаждено въ душѣ дитяти его домашнимъ воспитаніемъ. Но много ли найдется такихъ семействъ, особенно въ темной, мало развитой крестьянской средѣ? Всѣиъ ли до- ступенъ такой путь религіозно— нравственнаго развитія? Говорить ли о сиротствѣ, которое оставляетъ ребенка поч- ти безъ всякаго призора и руководительства на жизнен- номъ пути? Не будемъ говорить и о той средѣ, гдѣ роди- тели, по выраженію Златоустаго, «болѣе заботятся объ ослахъ и коняхъ, нежели о дѣтяхъ», — гдѣ дѣти не видятъ іі ч-