b000000623

35 ^Суриков не оставил без ответа этой прекрасно- душной критики. Он обратился к этим писателям, которым чужды песни «горя и печаля», он заго- ворил о себе и подобных себе детях народа, про- бивающихся на свет и простор. „Иль братались мы позорно С ложью темною людской Нет, всю жизнь вели упорно Мы борьбу с царящей тьмой; Наше сердце полно бычо К человечеству любовью, Но от мук оно изныло, ' Изошло от боли кровью. Честны были в нас стремленья, Честны были мы душою... , Так за чтож кидать каменья В нас, измученных борьбою'. Может быть, и этот вызов, необдуманно бро- шенный критикам поэзии «горя и печали», а может быть и десятилетие 19 февр. 1861 г., не давшее еще всех благ желанной свободы- — как бы то ни было, что-то внушило Сурикову мысль обратиться ко всем писателям из народа с призывом к об'е- динению и в первую очередь к изданию общего сборника. Кстати заметить, еше в 1849 г. и 1850 г. были вьтущены два «Ярославских сборника» ярослав- скими литераторами, искавшими тоже об'единения. Трудно, конечно, сказать, была ли прямая связь между этими сборниками и замыслом Сурикова. На призыв откликнулось несколько человек: Дерунов (Ярославец), Разоренов, Тарусин, Кон- дратьев, Григорьев, Родионов, Козырев (Мстя) и др. Суриков весь ушел в издание сборника, не щадя ни хлопот, ни денег. «Свое личное я нигде вперед не ставлю и не ставил», — писал он по этому поводу одному прия-