бі.Ь(Я^Рус) ШШЬ і-50 ЛИТЕРАТУРА Ч1 В Ц И Ф Р А X 3-50 И СХЕМАХ С. и В. ЗОЛОТАРЕВ Ы ГО СУДАРСТВЕННО И З Д А Т Е Л Ь С Т В
щтш Ш0Ш;
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО РСФСР МОСКВА - ЛЕНИНГРАД С. БАЛУХЛТЫЙ ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ Аннотированная библиография Общие вопросы (Словарно - Библиографический Кабинет (СБИК) Словесного Отдележш Государственного Института Истории Искусств) Стр. 248. Ц. 2 р. 75 к. СОДЕРЖАНИЕ: Предисловие. Указатели литературы. История изучения и обзоры работ по поэтике. 1. Задачи истории литературы, теории литературы, поэтики. П. Задачи литературной критики. III. Методы истории и теории литературы. IV. Общие труды по теории литера уры. V. Общие, проблемы теории литературы. VI. Стилистика. ѴП. Народное (безличное) творчество. Ѵ1И. Лирика и эпос. IX. Стихосложение. X. Драма. XI. Проза. XII. Риторика.- П р и л о ж е и и я; 1) Популярные изложения вопросов поэтики и учебники. 2) Учебники стихосложения. 3) Вопросы поэтики в школе, Добавление: Работы 1928 г. , Алфавитный указатель личных имен и литературных произведений. ПРОДАЖА ВО ВСЕХ МАГАЗИНАХ И ОТДЕЛЕНИЯХ ГОСИЗДАТА
75 коп. ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО РСФСР МОСКВА —ЛЕНИНГРАД И. В. ВЛАДИСЛАВЛЕВ РУССКИЕ ПИСАТЕЛИ Опыт библиографического пособия по русской литературе XIX —XX ст. С приложением обзоров: 1. Литература революционного периода 1918 —1923 г.г. 2. О пролетарском творчестве. 3. Вопросы поэтики. 4 Издание 4-е. переработанное и значительно дополненное. Стр. 445. Ц. 2 р. 50 к. И. В. ВЛАДИСЛАВЛЕВ ЛИТЕРАТУРА ВЕЛИКОГО ДЕСЯТИЛЕТИЯ (1917 — 1927) Художественная литература. Критика. История литературы. Литературная теория и методология Том I. Стр. 300. Ц. 5 р. Настоящая работа является продолжением работы, напечатанной в 4-м издании наших „Русских писателей", где подведены были литературные итоги за первое пятилетие револщциии (ср. приложение: Литература революционного периода 19"18 — 1923 г.г.) Ныне мы подводим эти итоги за 10-летне. По-старому наша работа охватывает не только новых писателей, но и все вновь появившееся за эти годы из относящегося к литературе дореволюционного периода: наряду с био-библиографическими сведениями о писателях новых, читатель найдет здесь сведения и обо всех важнейших переизданиях за эти годы писателей старых (XIX —XX вв.), о новых посвященных им книгах и статьях в периодике и т. д. : Работа имеет ввиду дать, таким образом, полную картину • литературной истории последнего десяти- ! л е т и я как в его новых ростках, так и в живущем еще ; наследии прошлого. ПРОДАЖА ВО ВСЕХ МАГАЗИНАХ И ОТДЕЛЕНИЯХ ГОСИЗДАТА
С. и В. ЗОЛОТАРЕВЫ ЛИТЕРАТУРА В ЦИФРАХ И СХЕМАХ РУССКИЕ ПИСАТЕЛИ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА 1929 ЛЕНИНГРАД
^ 92 X И1 —іі/4 л, У. 42. Гиз № 30238/ Л. Ленинградский Областлит 27432. Тираж 3000.
ПРЕДИСЛОВИЕ. Настоящее издание возникло из черновых набросков, имевших вначале исключительно служебный характер домашнего наглядного пособия, облегчавшего для преподавателя запоминание различных итоговых сведений по истории литературы, входивших в предварительные или заключительные беседы-лекции по тем или иным разделам и темам литературного курса. В 1916 году был сделан первый опыт издания таких «схем» в виде «Синхронистической таблицы и историколитературной карты России», переиздаваемых ныне в обновленном и дополненном виде. Как ни ограничен был материал, использованный для первого издания, оно все-таки было ко времени и не осталось без внимания. Наша карта давала уже ясное понятие о некоторой закономерности территориального распределения наших писателей по месту рождения, а употребленный нами в сопроводительном тексте термин «гнездо» привился и усвоен в развивающейся до настоящего времени методологии изучения провинциальных литературно-культурных «гнезд». Так, Н. К. Пиксанов в недавней своей книге «Областные культурные гнезда» указывает, что он уже в 1917 году читал лекцию на эту тему, начиная курс истории литературы в высшем учебном заведении. В вышедшей несколько раньше его книге «Три эпохи» (1912 г.) областной принцип еще совсем не был
выделен, и темы по Кольцову, Никитину, Гончарову, Карамзину и т. д. указывались без всякого отношения к воронежскому или симбирскому «гнезду». «Синхронистическая таблица» оказала влияние на школьную практику. Уже на Московском съезде словесников в 1917 г. демонстрировалась с указанием на нее составленная по ее образцу сокращенная таблица, выполненная по заданию преподавателя литературы учащимися одной провинциальной гимназии. Работа над развитием графического приема в практике школьного преподавания литературы не замирает и до настоящего времени. 1 Некоторые таблицы настоящего издания также могут быть использованы в школе в качестве наглядных пособий, а по их образцу учащимся могут быть даны и другие аналогичные задания, и эти работы по копированию' или изготовлению новых литературных диаграмм очень полезны в учебно-воспитательном отношении, как занятие, усиливающее интерес к предмету и требующее внимания, выдержки, точности и аккуратности. Количественная характеристика историко-литературных явлений может распространяться на довольно обширную область. Количество произведений, написанных автором в определенный период времени, распределение написанного по литературным формам и по темам, количество авторов, одновременно работавших на литературном поприще, продолжительность и напряженность литературной деятельности, распространение среди читателей и количество изданий известного произведения и т. д. —все эти й другие подобные факты поддаются обычным приемам статистической обработки и графического изображения. Но диаграмма, выполненная в качестве простого нагляд1 См. С. Золотарев, Статистика и графика в преподавании литературы. Журн. «Родной язык в школе», кн. 1, 1919 —1922 г. 4
ного выражения некоторых количественных итогов, иногда сама становится толчком для новых исканий и догадок, служа моментом изучения, на котором «количество переходит в качество». Так, например, диаграмма, закрепляющая количественный анализ стихотворных размеров у Пушкина в разное время его литературной деятельности (не помещенная в настоящем издании), приводит к обоснованию качественной оценки музыкальной стороны пушкинского стиха. Затем, совпадение начальных дат литературной деятельности у многих писателей невольно наводит на мысль о существовании каких-то общих благоприятных условий для одновременного появления максимального количества новых авторов. Обилие авторов, родившихся в определенном географическом пункте, также заставляет подумать о наличности каких-то местных условий, благоприятных для появления талантливых людей. Здесь вступает в свои права общий закон индуктивного мышления, дающий право усматривать причину или часть причин известного явления в том явлении, которому оно сопутствует. Таким образом прием наглядного изображения становится орудием объективного изучения литературных фактов. Мы считаем и достаточно новым и весьма своевременным наш подход к литературе, хотя в конкретном его оформлении, вероятно, как и при первом издании, окажутся некоторые пропуски, едва ли очень значительные, погрешности и спорные места. Он оказывается большим подспорьем в обосновании методического принципа, согласно которому следует понимать литературу, как процесс, многообразно сплетающийся с общим процессом общественной жизни, и изучать ее историю, как историю сложного массового движения, а не историю литераторов с их отрешенной от общественности биографией. Исследователь литературовед сам найдет применение тем обобщениям, на какие 5
натолкнется при ознакомлении с нашими схемами, а мы думаем, что и рядовой преподаватель, педагогически проработав их, может ими воспользоваться в классном преподавании. Объяснительные записки по школьному курсу литературы требуют общих идей, школьные программы предусматривают разбор очень немногих произведений. Наше пособие, вовсе не обязывая запоминать все литературные имена и факты, обобщенно здесь взятые и выраженные, как раз и может убедить тех, кто только |начинает изучать литературу, что она не кончается за пределами школьной программы, что она, повторяем, есть литература, а не пять -десять литераторов, что она процесс социального характера, поцлежащий социологическому изучению. К сожалению, по техническим причинам уменьшен формат диаграмм, и заменена цветная окраска простой заштриховкой. Для классного употребления и помещения в кабинетах литературы они должны быть вычерчены в большем масштабе и раскрашены. 6
I. СИНХРОНИСТИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА. Первое издание синхронистической таблицы 1 вызвало несколько указаний на неполноту и субъективность или случайность выбора писателей. Второе издание таблицы тоже не является полным. Но имеющиеся у нас еще две таких таблицы при своей полноте технически неприемлемы, и наиболее подробную из них нельзя зараз окинуть взглядом. Профиль нашей литературы, несмотря на различие в размерах, остается во всех трех таблицах одинаковым, приводит к одинаковым обобщениям, и потому для печатного издания мы берем прежде всего по техническим соображениям меньшую из таблиц. Однако всякий желающий может по данному образцу приготовить таблицу любого объема. Мы в своем выборе, не претендующем на непогрешимость, руководствовались, с одной стороны, представлением об относительном историко-литературном значении писателей, а с другой —желанием дать легко обозримое справочное пособие по тем писателям, которые более выдвигаются современными школьными программами; при этом еще мы имели в виду, что справочных изданий по прежней литературе больше, чем по современной. Таким образом, по нашей таблице нельзя сделать вывода, что, 1 В отличие от первого издания (1916 г.) врел;я литературной деятельности писателей показано без выделения периодов наибольшей интенсивности. 7
на например, Шеллера-Михайлова, Станюковича, Мамина-Сиду биряка, Фофанова, Чюмину, Михайловского, которых у нас бе нет, мы ставим ниже всех тех современных писателей, да которые у нас есть. т Что касается уже не только учебно-практического знаП |- чения нашей синхронистической таблицы, то, принимая во Н; внимание всю совокупность фактов, в ней изображенных, тх мы считаем теоретически важным выдвигаемый ею вопрос ж о ритме в нашей истории литературы. Постепенный колинг чественный рост литературы, всем известный факт, только лг подчеркивается таблицей до полной наглядности.. Но она р дает заметить, что этот рост —не равномерно ускоренное ц движение, а движение толчками. Мы видим прежде всего, СР что петровская эпоха дала и своих писателей: ни одно литературное имя не связывает хронологически до-петровм скую Русь с петровской. Кантемир, Тредьяйэвский и не х отмечаемый нами Феофан Прокопович образуют первую бі ступень, первую террасу начинающей подниматься литеи ратуры. Второй террасой поднимается целая группа писателей, дружно выступивших в первые годы царствования Екатерины II, своим либеральным «Наказом» и комедиями присоединившейся к общему хору старо-дворянской литературы. В дальнейшем заметным максимумом литературных рождений ознаменованы первые годы XIX в., 30 —40-е годы, эпоха социально-экономического пересмотра наших «устоев» при свете западно-европейских революционных идей и при участии разночинного литературного резерва, ринувшегося заполнять брешь, пробитую ликвидаторами декабрьского восстания в прогрессивных рядах. Самым высоким максимумом отмечено в нашей литературе начало «великих реформ», собственно великих освободительных и частью революционных идей. Следующим тоже очень высоким максимумом заявила себя эпоха первой револю-
ции, около 1905 года, и наконец, канун второй революции —последние годы перед мировой войной, когда новая арена нашей культуры —рабочая печать —дала место и новым писателям рабоче-крестьянского, преимущественно провинциального происхождения. Этим моментам максимумов литературных рождений соответствуют моменты максимумов и физических рождений писателей, при чем последние предшествуют первым приблизительно на 20 лет, —средний возраст литературного самоопределения у нас в России. Нетрудно остановить внимание на социологическом, т. е. политико-экономическом объяснении того, почему в известные моменты с особой силой вспыхивают литературные дарования, раскрываются с особенной яркостью и богатством. Труднее вопрос о том, как и какие условия создают биологическую почву особой талантливости, в частности литературной, для поколений, родившихся, например, около 1744 —45 гг., 1820 —21 гг., 1887 —89 гг., —годов рождения очень многих наиболее крупных писателей. Свои соображения по этому вопросу мы еще не считаем уместным здесь излагать. Над этим еще нужно работать.
I Ю.ЛЕБЕАИНСКИЙ Синхронисти ПО ИСТОРИИ ры ЛИТЕРЛТуРЫ Полосы различной длины соответствуют продолжит ности жизни писателей, фамилии которых указан них. Зачерненная часть полосы соответствует вре литературной деятельности писателя. Цифры на нейке внизу обозначают годы, при чем обозначе столетий отброшены. При увеличении формата табл на самых полосах могут быть проставлены годы ро: ния, начала деятельности и смерти писателей, а та дополнительно могут быть нанесены годы крупней литературных произведений. Тогда на диаграмме глядно обозначатся периоды напряженного творчеі ва в русской литературе. ЕСКЛЯ ТАБЛИЦА ССКОИ Б.ЛАВРЕНЕВ \МАЯКОВСКИИ \А.ФУРМАНОВ м. п. герасимов в. г. кириллов \И.И. САЛОФЬЕВ \Л.Н. СЕИФУЛЛИНА ' А.СХКОБЕАЕВ \.. НЕВЕРОВ^ А. И. МАШИРОВ- ^САМОБЫТ НИК" Е.А.ПРИАВОРОВ ЪЛЕМЬЯ Н БЕЛНЫЙ ІФ.В.ГЛА ЛКОВ \И.С. ШМЕЛЁВ' в.я.шишков \А.М. ПЕШКОВ- ГОРЬКИЙ \А.ПОПОВ.:СЕМ ФИМОВИЧ\ \Е. Е.НЕЧАЕВ \И.З. СУРИКОВ \П.В. ОРЕШИН \Г.И. УСПЕНСКИЙ \Н.Г. ПОМЯЛОВСКИЙ ] \А. А. ЖАРОВ ІВ.СМИЛОВИЧЖРЕСА ЁВ 7' \Н.С.ЛЕСКОВ-.СТЕбНИиКИИ" \А.Н. ПЛЕЩЕЕВ шжНИКИТИН \в. в. иванов \б.д . вот -..Пильняк" \н.а.клюев „ФЕЛОР СОЛОГУБ" Я Ш.С.АКСАКОВ ІА.Н. ОСТРОВ СКИЙ Ы.В.ГРИГОРОВИЧ К. А. ТРЕНЕВ И.АОРОНИН ІФ.М.ЛОСТОЕВСКИЙ ШПШШВ А. И. ТОЛСТОЙ \а.и.безыменскии \А.Ф. ПИСЕМСКИЙ П.С.РОМАНОВ \я. полонский \В.В.КАЗИН ІАФЕТ-ШЕНШЙН НС.ТУРГЕНЕВ Ё ЛЕРМОНТОВ М.А.ГОНЧАРОВ [С.А.ЕСЕНИН \Н.С. ГУМИЛЕВ Ф. РЕШЕТНИКОВ Л.Н.АНАРЕЕВ % ф.к. тетерников А.Г.МАЛЫШКИН ЬА.Н. ТЕРПЕН А.В\ ЛУНАЧАРСКИЙ \В.ГПЛЕХАНОВ \В.Г БЕЛИНСКИЙ ІА.В. КОЛЬЦОВ ІЛ.В. ГОГОЛЬ + М.Е. САЛТЫКОВ С.Л.АРОЖЖИН Б.Н. БУГАЕВ В.М.ГАРШИН А.А.АХМАТОВА Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКИИ к.а.фелин Ш.НАРЕЖНЫИ ЩЕАРИН " + И.Г.ЭРЕНбУРГ \ф.тютчев [А. Н.РААИЩЁВ В. Я. БРЮСОВ \%&онаизин [И.И.ХЕМНИЦЕР ІАіЩРИБОеЛОВ НЛ0БРОЛЮБ0В {И.А.БУНИН [К.ВАТЮШІ К.Л.БАЛЬ\МОНТ [Н.А.НЕКРАСОВ \н. и.новиков [А. А. БЛОК [Г.АЕРЖАВИН [ГР.А.К. ТОЛСТОЙ .АНДРЕИ БЕЛЫЙ"* [А.И.КУПРИН [Л.И.'ПИСАРЕВ С ПУШКИН ЕКАТЕРИНА \С.Т.АК(і<ОВ [а. п. чехов Р. 1717 СУМАРОКОВ {Н.КАРАМЗИН КН.А.АКАНТЕМИР [И.КРЫЛОВ ѵр.л.н. толстой Р. 1711 ЛОМОНОСОВ ) \Н. ЗЛАТО БРАТСКИЙ р1709 ЛКОВСКИЙ [ЖУКОВСКИЙ і В. Г. КОРОЛЕНКО Р. Г 7 03 г. ТРЕЛИ I ■ • < I ' ' 1 і I I і • I I I I I I I М м М I I I ^ "П 20 50 ' ^к) 5І0 , и В. Золотаревы. Литература в дифрах и схемах.
И. ПУШКИН И ЕГО СОВРЕМЕННИКИ. Вполне доступным для учащихся и очень полезным для них заданием может быть выполнение диаграмм по литературной деятельности одного автора. Прежде чем перейти к нашей диаграмме, представляющей сводку таких частных диаграмм, скажем несколько слов о технике и принципах изготовления единичной диаграммы. На горизонтальной линии откладывается равное числу лет жизни писателя количество равных отрезков и под каждым отрезком подписывается год. Через точки, разделяющие отрезки, линию пересекают перпендикуляры, идущие и вверх и вниз. Между перпендикулярными линиями под обозначениями годов выписываются биографические данные и имеющие историко-литературное значение факты общественности, относящиеся к данным годам. Над обозначениями годов столбиками, соответствующими по высоте количеству написанного, обозначается литературная деятельность писателя, при чем тут могут быть выписаны заглавия произведений, окраской или иным способом обозначены темы, направление, характер произведений. Вместо столбиков могут быть взяты точки, стоящие над обозначением года на соответствующей высоте, и соединены линиями. Тогда получится кривая литературной продуктивности автора. На нашей диаграмме взяты вместе кривые шести авторов за 1814 —1838 гг. Здесь принципиальный вопрос; что брать за единицу счета? Мы думаем, —количество написанного, т. е. страниц или стихов. Количество заглавий, в видах упрощения счета, можно 10
/.С. ПУШКИН В.А.ЖУКОВСКИЙ И.А .КРЫЛОВ А. В. КОЛЬЦОВ н. в. гоголь М.Ю.ЛЕРМОНТОВ іаі-М 1815ІІ8161 1817 118181 1819 118201 1821 1 182211825118241 1825] 182б|і8г7| Ш8| 1829 ІШОІ Ш1 1 183 Диаграмма относительной литературной продуктивности Пушкина и
брать в тех случаях, когда произведения по своему объему и характеру более или менее однородны и просты, так, например, у нас продуктивность Крылова и Кольцова вычерчена по количеству басен и стихотворений. Но у Пушкина или Лермонтова брать одинаково за единицу измерения и эпиграмму в четыре стиха и большой роман или драму —никак невозможно. Здесь нужно брать общий объем написанного, как это у нас и сделано. Нужно предупредить, что каждая кривая вычислена у нас по особому масштабу, и сравнивая их, нельзя поэтому определить, кто, например, из шести писателей написал более всех других в 1830 году. Назначение диаграммы другое. Она показывает, что между 1814 г., когда начал писать Пушкин, и 1838 г., когда его не было в живых, были моменты, которые в общем на всех писателях, его современниках, отражались одинаково в положительную или отрицательную сторону. Мы видим два максимума; они приходятся на 1825 г., год нашего общественного подъема, завершившийся восстанием 14 декабря, и на 1829 — -1830 г., момент общественного подъема в европейском масштабе с завершением в июльской революции. Затем два минимума; один приходится на 1826 г., год расправы с декабристами, а другой на 1837 —38 г., момент оцепенения литературы после убийства Пушкина, которое было естественным заключением политического террора, сгубившего декабристов. Сверх всякого ожидания необыкновенную чувствитеЛность политического барометра обнаруживает «дедушка» Крылов. Из 12 лет до 1826 г. у него было 9 «урожайных» лет, а с 1826 г. всего 6 лет, и с 1837 г. он уже совсем замолчал до самой смерти, т. е. на 7 лег. При этом в александровский период он писал втрое больше басен, чем в николаевский. В течение 1814 —1819 гг. его линия вместе с другими образует какое-то странное качание 12
волны под непостоянными ветрами либерализма и реакции. Она взлетает после Венского конгресса, апогея международной славы «освободительницы» России, и после либеральных выступлений Александра на открытии Варшавского сейма, возбудивших несбыточные мечтания русских либералов. Между этими двумя гребнями какое-то смутно з раздумье: то ли «Сочинитель и разбойник» одинаково заслуживают адских мучений (1817 г.), то ли «Гребень» 'правды виноват только тем, что своевольный «мальчишка» не хочет, чтобы приглаживали его «копну». («Гребень» — 1818 г.) В 1819 г., успев отметить подвиги «Осла и Мужика» в огороде российской университетской науки и литературы, Крылов замолкает на 3 года —и во-время; Пушкин, оживившийся после выхода из лицея, выслан на юг за свои колкие стихи, и Жуковский, только что бодро провозгласивший, что никакой «властитель» не должен «управлять песнопевца душой» («Граф Габсбургский» — 1818 г.), начал заметно спускать тон. В 1823 и 1824 гг. у Крылова также только 2 и 3 басни, как в 1817 и 1818 гг., и также в одной он молит о милости «высоки к саном» к скромному «Васильку», а в другой признает, что «плохие песни Соловью в когтях у Кошки» («Кошка и Соловей»). Это в то время, когда Пушкин после первого возбуждения и новых внешних впечатлений юга начал изнывать в неволе, а Жуковский, по одной эпиграмме, «из савана оделся в ливрею» и почти замолк. 1825 год после робких проб 1823 —1824 гг. дает у Крылова высокий взлет с яркой политической окраской многих басен («Лев состарившийся», «Лисица и Осел», «Пестрые овцы», «Дикие козы»). То же мы видим у Пушкина. В том же году начинает писать Кольцов. Но с 1826 г. Крылов опять замолкает и опять в 1829 г. точно пробует погоду: напоминает, что острые «Бритвы», (как и частый «Гребень»), кажутся опасны только тем, кто «боится людей с умом». В этом году начинает 13
Гоголь; Лермонтов начал еще в 1828 г. После общего взлета Крылов с 1831 г. опять осторожно замолкает, видя) что Орел, хоть «сделать Соловьем Кукушку и не мог», но «Соловьем честить заставил» : это ведь время торжества Булгарина с братией. Политические намеки очень заметны и в других баснях 1830 г. Они слегка допущены и в немногих последних баснях 1833 —1836 г., кончая опять «Кукушкой», восхваляющей «Петуха» за то, что хвалит он «Кукушку». Едва ли не самый едкий намек Крылова на появление «собрания законов» в 1833 г., может быть на первых порах оживившее упованиями встрепенувшуюся литературу, — был в басне «Волки и Овцы» того же 1833 г. Тщательное знакомство с биографией писателей позволит объяснить некоторые колебания, не имеющие общественного значения, например, болезнь у Пушкина в 1818 г. или у Жуковского в 1832 г. с временным ослаблением деятельности, благотворное влияние литературных или вообще культурных знакомств у Кольцова в 1829 г., отрицательное влияние юнкерской школы у Лермонтова после вынужденного ухода из университета в 1832 г., пресловутое «камер-юнкерство» у Пушкина в 1833-1834 г. и т. д. Но, соблюдая всяческую осторожность, не стараясь объяснить эволюцию литературной деятельности писателя исключительно внешними впечатлениями, мы все-таки в статистике его творчества находим достаточно объективное основание к утверждению весьма значительного влияния биографических фактов, в конце концов поддающихся социологическим обобщениям даже в моментах, казалось бы, совершенно личного характера, как это мы увидим на «мартирологе русской литературы». 1 1 На темы для заданий по графическому выражению синхронизма явлений общественности, литературы и искусства могут натолкнуть, —«историко-литературные хронологические таблицы», приложенные к книге С. Золотарева «Общедоступные очерки по истории русской литературы». 14
III. КРИВАЯ РОСТА РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. На таблице даны две диаграммы внизу и одна вверху; •нижние являются сводными диаграммами по числу рождений писателей (№ 2) и началу литературней деятельности (№ 3) суммарно за каждое десятилетие, верхняя же —за каждый год. 1 Относительно 136 писателей точные годы начала литературной деятельности неизвестны, а даются в наших источниках лишь указания десятилетий, поэтому они учтены только в сводных обозначениях по десятилетиям и по периодам. При общей массе 1003 дат начала литературной деятельности и 1049 дат годов рождения это не меняет заметным образом общей картины. Обозначение рождений доведено до начала XX в., а начала литературной деятельности обозначены до 20-х годов. Конечно, сведения, относящиеся к последним годам, не могут быть полными, а потому и графические обозначения на крайних правых краях у всех трех диаграмм не 1 На диаграмме № 1 яркая линия отмечает кривую рождений, тонкая линия указывает среднюю по периодам, отмеченным годами, которые проставлены внизу. Яркий пунктир обозначает кривую вступлений новых писателей на литературное поприще; бледный пунктир дает среднюю высоту. Деления с боков позволяют определить количество писателей, соответствующее данной высоте той или иной линии. 15
КРИВАЯ РОСТА РуССКОИЛИГЕ 16991700 ' 17991800
г в !И Е могут служить основанием для каких бы то ни было сравнений и выводов. Вся таблица взаимно дополняется и корректируется синхронистической таблицей: одна дает сводку массового материала' и потому количественно точнее, другая охватывает только более значительных писателей и потому точнее для более высокой качественно части нашей лите- ' ратуры. На той и другой таблице местами замечается какое-то соответствие в ритмике рождений и начальных дат литературной деятельности, падающих на одно определенное время. Едва ли это случайность. Нам кажется, что в этом отношении заслуживают особого изучения, между пррчим, такие сложные био-социологические факторы, как войны, эпидемии, голодовки, но от упрощенных объяснений на основе примитивных ассоциаций представлений нужно во всяком случае отказаться. Только в качестве проблем, требующих дальнейшей тщательной проработки, мы позволим себе указать некоторые соотношения в более простом ряду —не рождений а начальных дат деятельности писателей, остерегаясь от упрощенности и догматичности объяснений и здесь. Писательская среда была у нас более или менее экономически однородной только в течение XVIII и первых десятилетий XIX в., а с тех пор, как она стала пестрой и экономически и идеологически, одни и те же факторы на одну часть ее действовали возбуждающе, а на другую удручающе. Таким образом можно держаться пока в пределах только более общих рамок. Совершенно очевидно на верхней диаграмме крайне слабое и раздробленное появление новых литературных сил до середины 50-х годов XVIII в. Первым периодом с значительной средней высотой ежегодной литературной смены являются годы 1755-1762. Это годы открытия Московского университета, крупного рассадника писателей со 2 Литература в цифрах и схемах. ■ • 17 N 59 27 8 8
студенческой скамьи, и эффектного начала Семилетней войны, для своего времени сыгравшей ту же роль в общественном возбуждении, какую потом сыграла Севастопольская кампания. Первый высокий максимум годового прироста писателей как раз приходится на момент блестящих военных успехов —победы при Кунерсдорфе и набега на Берлин. Увлечение славою батальных «бряцаний на лире», характерных для литературы XVIII в., конечно здесь имело свое место. 1762 год был годом начала екатерининского царствования и «дворянской вольности». Но этот год не подготовил ни одного нового писателя. Служилому дворянству было не до того. Все, кто мог, бросились по своим поместьям, и это вольное житье по своим усадьбам только к концу «благодатного века» подготовило появление провинциальных литературных гнезд. Но все же средняя линия литературного прироста держится до начала XIX в. на порядочной высоте с несколькими характерными изломами в годичной кривой линии. Самый яркий максимум приходится на момент окончательного разгрома Польши после самого глубокого минимума, который называется «93-й год». 1 Прогибы чувствуются и на затяжных военных операциях, например, около знаменитой «очаковской зимы» 1787 г. Пресловутый «вооруженный нейтралитет» 1780 г. ни в одном молодом дворянине не вызвал желания начать служение музам соответствующей одой. Едва ли случайно годы пугачевщины (1773-1775) ознаменованы длительным минимумом. Воцарение Павла встречали, как водится, «пиндарической» радостью. В числе прочих В. А. Жуковский в 1797 г. начал свою поэтическую деятельность одой в честь Павла, но мы видим, как линия быстро начинает сползать и к 1801 г. сходит к нулю. «Дней александровых прекрасное начало» дает повышенную среднюю из кривой, глубоко 1 Казнь Людовика XVI в январе этого года. 18
проломленной годом страшного Аустерлица и сведенной на-нет Тильзитом (1807 г.) и континентальной блокадой, которой Наполеон подорвал землевладельческий экспорт в Англию, т. е. экономическую базу дворянского писателя. Может быть и невзначай, но очень кстати чуткий к хронологии Пушкин отмечает, что дядюшка Онегина оборвал связь с литературой на «календаре восьмого года». Хронологически с отказом от губительной блокады совпадает новый подъем линии, впрочем погнувшейся от нашествия Наполеона и снова взвившейся, когда наши войска вѳшли в Париж (1814 г.), так же высоко, как в 1760 г., когда они были в Берлине. С этой зенитной точки международного блеска под давлением домашней аракчеевщины линия уступами быстро еще раз сходит на-нет в 1823 г. Это затишье перед взрывом 1824-1825 г., который совпал и с политическим взрывом, столь же романтическим, как рылеевские думы. Разгром декабристов не понизил средней линии ежегодного нового прироста литературы, но повышение ее на все николаевское царствование было бы невозможно, если бы сразу не ворвались в литературу на дворянские вакансии такие новые люди, как Кольцов, Погодин, Никитенко, застрельщики не-дворянской рати набора 1825-1827 гг. В противоположность предыдущему времени революционное накаливание европейской атмосферы около 1 831 и 1848 гг. дает в этом периоде наклонность к повышению литературного творчества, но и официальная мера одновременного открытия всюду «Губернских Ведомостей» в 1841 г. тоже совпадает с максимумом. После прогиба, совпадающего с Севастопольской кампанией, сразу с 1856 г. в начале нового царствования идет крутой подъем к высшей точке наших максимумов за все время существования литературы —к 1860 году. Характерно, что самый 1861 г. дал некоторое понижение. Что это? Уход лучших идеалистически настроенных молодых
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4