b000000604

а 1а ІЗирогі. Онъ бы.іъ небольшого роста, худощавъ, лицо у него было пріятное, подвилшое, но по чсртамъ обыкновенное, посъ к 1а Кохеіапе, т. е. курносый, былъ прекрасно сложенъ и очень граціозенъ. «Родъ его танцевъ былъ нолухарактерный ((Іеті-сагасіеге). Онъ заключалъ въ себ'Ь все, что необходимо для танцовщика: необыкновенную граціозность, легкость, быстроту и чистоту въ танпахъ; пируэты были имъ доведены до совершенства и удивительиаго разнообразия; онъ д'Блалъ ихъ всегда на самыхъ пальцахъ (пируэтъ-филе), и, окончивъ, всегда останавливался въ пріятной нозѢ. Онъ былъ похожъ на хорошо устроенную машину, которой дЪйствіе опредЪлительно и всегда віірно. Несмотря на то, что онъ иыд'Ьлывал'ь труднѣйшія па, вс'Ь танцы въ балетахъ лежали на немъ. Несмотря на то, онъ какъ въ началѢ, такъ и въ конц'Ь балета был г ь всегда одинаково свѣжъ; въ немъ нельзя было узнать и т'Ьни уста- лости». «Дюпоръ, какъ будто нарочно былъ созданъ для Дидло; но и разнообразный талантъ этого артиста могъ только удовлетворить хоре- ографъ, подобный Дидло. Если Дюпоръ зарождалъ въ Дидло идею, то онъ же потомъ служилъ лучшимъ ея истолкователемъ». 292 Дебютиро- валъ онъ въ Россіи въ качествЪ танцовщика въ дивертисмепт'Ь, сл'Ьдо- вавшемъ за оперой Севильскій цирюльникъ, 21 августа 1808 года. «Лов- кость, легкость, сила, быстрота и пріятность составляютъ дарованіе г-на Дюпора», писалъ современникъ. «Въ три прыжка нерелеталъ онъ сцену Большого театра и отделялся отъ нее въ своихъ антраша и пи- руэтахъ вверхъ, какъ эластпческій мячикъ». «Онъ для нерваго своего появленія сочинилъ танцъ, въ которомъ показалъ четыре рода своего искуства. Съ г-жею Колосовою танцовалъ онъ въ родЪ важномъ и благородномъ; съ г-жею Сенъ-Клеръ въ легкомъ и рЪзвомъ; съ г-жею Даниловой въ страстномъ, нЪжномъ и пріятномъ; съ г-жею Делиль въ сильномъ и быстромъ. Во всЪхъ сихъ разныхъ родахъ онъ былъ прево- сходенъ, удивителенъ, въ самыхъ трудныхъ и высокихъ скачкахъ не было въ немъ примЪтно ни мал'Ьйшаго усилія; въ самыхъ сильныхъ и быстрыхъ оборотахъ онъ не потерялъ плавности и нріятности своихъ тЪлодвиженій. Въ р'Ьзвомъ и скоромъ переплетаніи ногъ глаза не успѢ- вали сл'Вдовать за ихъ движеніемъ, но однако жъ вид'Ьли что все было сдЪлано чисто и в'Врно. Дарованіе сего удивительнаго танцовщика воз- будили Музу одного французскаго поэта сдѣлать въ честь ему очень приятную поэму, въ которой прославлено торжество его надъ славнымъ Вестрисомъ». 293 Наиболыпимъ успЪхомъ пользовался онъ въ балетЪ Зефиръ и Флора. 127