b000000604

Нелединскій - Мелецкій написалъ ей стихи на одну изъ репликъ Тан- креда: II зе ргёзепіга; д-агйег Ѵоиз й'еп йоиіег Тапс. Асі Ш. Не соинііііайся въ томъ — предстали бы толпою Семенова! Защитники твои Когда бы критикой завистною и злою, Твои мрачилися, талантомъ славны дни. — Аменаиду намъ явя собой на сцепЪ, Органа сладостью, лица ты красотой, О! музъ питомица, любезна МельпоменЪ, ВсѢхъ привела въ восторгъ! Твоихъ страшася бѣдъ: Всякъ чувствами къ тебЪ, всякъ зритель былъ Танкредъ. 200 ГнЪдичъ, конечно, былъ внЪ себя отъ восторга и, издавъ Тан- креда съ приложеніемъ портрета Семеновой, нарисованнаго Кипренскимъ, подписалъ сл'Ьдующее; Любимица безсмертной Мельпомены! Въ Россіи первая усп'Ьла ты открыть Искусство тайное, какъ сердцу говорить; Твои черты — потомству драгоцѣнны. Минуя восторженную рецензію Д. Д. въ «ВЪстникЪ Европы», 202 которая ничего новаго и яркаго не даетъ, обратимся къ строгой критикѢ Шушерина. 203 По его мнЪнію, «превозносимая игра ея слага- лась изъ трехъ элементопъ: первый состоялъ изъ пезабытыхъ еще вполнЪ пріемовъ, манеры и формы выраженія всего того, что игрывала Семенова до появления т-ІІе Сгеог^ез, во второмъ — слышалось неловкое ей подражапіе въ наиЪвЪ и быстрыхъ переходахъ отъ оглушительнаго крика въ шопотъ и скороговорку. Третышъ элемептомъ, слышнымъ болЪе другихъ — было чтеніе самого ГнѢдича, пЪвучее, трескучее, крикливое, но страстное и, конечно, всегда согласное со смысломъ произносимыхъ стиховъ, чего, однако, онъ не всегда могъ добиться отъ своей ученицы». Вся эта амальгама, озаренная поразительною сцениче- скою красотою молодой актрисы, проникнутая впутреннимъ огнемъ и чувствомъ, передаваемая въ сладкихъ и гремящихъ звукахъ неподра- жаемаго, очаровательпаго голоса, производила увлеченіе, восторгъ и вырывала громъ рукоплесканій. Посл'Ь второго представленія «Танкреда», Шуіперинъ сказалъ съ искреннимъ вздохомъ огорченнаго художника: «Ну, дЪло кончено: Семенова погибла невозвратно, то-есть, она дальше не пойдетъ. Она не получила никакого образованія и не такъ умна, 91