b000000597

ном зоографпческом (вышивка) и геометрическом (бытовое дерево) орнаменте, надолго заворожила художественный стпль этого искусства и служит первичной основой почти всех его последующих, уже чисто декоративных, формаций. Если мы выделим из иконографической области непо- средственно нам известных памятников крестьянского ис- кусства все те его мотивы, которые явно и несомненно принадлежат ХѴШ веку, и очень небольшую долю при- надлежащих XVII веку, то оставшийся иконографический мир сразу перенесет нас в века, очень далеко отстоящие от того времени, когда непосредственно создавались со- хранившиеся до нашего времени и интересующие нас па- мятники. Между временем их создания и временем перво- начального образования тех мотивов, которыми это искус- ство наследственно пользуется, откроется огромный хроно- логический прорыв, никак не заполненный и ничем не запечатленный в этом искусстве. Если мы отнесем за счет XVII века широко распро- страненный геральдический мотив льва и единорога, мо- тив двуглавого орла п птицу-сирин, если мы выделим многообразные бытовые черты ХУШ века (кареты, ко- стюмы, предметы обстановки, часы и т. д.), — то останемся перед конем, барсом, изображением богинь, священным деревом, жертвенником и другими еще графически жи- 'вымп символами умершей народноіі культуры. Исключив разнообразные виды растительного орнамента, трактован- ного под очевидным влиянием западно-европейских, раз- витых в городском искусстве, стилей (ренессанса, барокко, рококо, ампира), мы наблюдаем четкую, характерно кри- сталлизовавшуюся геометрическую орнаментацию, широко распространенную в германских и скандинавских странах и современную эпохе великого переселения пародов. Отде- лив западный жбан и восточный кунган, мы остаемся перед примитивной братиной, имеющей своим прототипом глиняный курганный сосуд, и фигурным скоикарем в форме водяной птицы, вещающем о древне-языческих религиозных празднествах и пиршествах. За букетом и гирляндой ХѴШ века сразу виднеется древнейшая свастика и архаические волюты древне-греческих росписей. Получается таинственный перерыв во времени. Возникает вопрос: что же представляла собой иконо- графическая поверхность бытового крестьянского искусства 114