— 77 — Б Ярославской Провинциальной канцелярии возникло дело о побеге, которое разбиралось 29 июля 1728 года. Разобрав это дело. Провинциальная канцелярия определила; «ткачам Анфиногену КрЬілову и Гавриилу Плеснину—за побег с оной мануфактурЬі, а Алексею Чирикову—за писЬмо подлогом воровских двух пашпортов, на вЬіше показанной мануфактуре, при собрании всех мастеровЬіх и работнЬіх людей, учинитЬ наказание—битЬ кнутом нещадно, дабЬі, на то смотря, впредЬ другим мастеровЬім и работнЬім людям с вЬішереченной мануфактурЬі бегатЬ и подло^снЬіх пашпортов писатЬ бЬіло неповадно». По учинении этого наказания ткачи бЬіли отданЬі попреАнему «приводцу» их в Провинциальную канцелярию, Ярославской мануфактурЬі содержателю— Андрею Затрапезнову, брату Ивана Максимовича. Не известно, как перенесли это Жестокое наказание ткачи Чириков и Плеснин, а Анфиноген КрЬілов, «солдатский сЬш», числился в списке рабочих фабрики еще в 1736 году, т. е. продолжал работать на ней и после учиненного над ним «нещадного» наказания. Ровно через месяц—29 августа 1728 года—Провинциальная канцелярия разбирала другое дело о побеге с Ярославской фабрики. На этот раз беішл рисовалЬнЬій мастер Михайло ТатариноВ, записавшийся на работу к Андреюи Ивану ЗатрапезновЬім еще при компанЬонстве их с Тамесом—в 1723 г. 1 ]. Татаринов пребЬшал в Ярославле, скрЬіваясЬ «полпятЬі недели» без пашпорта в доме своего двоюродного дяди, ярославского под'ячего Матвея Попова. На двор Попова явился тот Же Андрей Затрапезнов с солдатами—для «опросу» и ареста рисовалЬного мастера. Провинциальная канцелярия определила Михаила Татаринова за побег «вместо кнута битЬ батоги нещадно». Не смотря на то, что его дядя—под'ячий Попов правдоподобно оправдЬшался тем, что он дерЖал в дому своем Татаринова, как свойственника, причем не знал о побеге его с фабрики; что Татаринов просил !) Тал Ае, стр. 186-188.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4