будет не мо^но, о том вашему сиятелЬству представить». Вскоре, однако, вЬіяснилосЬ, что на имуществе убитого Морлея имеются „немалЬіе долги", и возникло опасение, будет ли Тамес оплачивать их, получив имущество Морлея. И кабинет министров 22 января 1735 года дополнительно предложил запроситЬ Тамеса, «что, е^ели явятся на вЬішеписанном Морлее какие казеннЬіе или партикулярнЬіе долги, то он какое в том обнадеживание моісет датЬ». Очевидно, Тамесу-сЬшу доверяли менЬше, чем отцу, и требовали у него гарантии в исполнении принятЬіх на себя обязательств. Тамес-сЬш не бЬіл таким первостепеннЬім, инициативнЬім предпринимателем, как его отец, и в выступлениях современных ему фабрикантов должен бЫл уАе уступать первЫе места ряду русских капиталистов. Когда в 1736 году крупнейшие фабриканты того времени хлопотали перед правительством об окончательном закрепощении всех свободнЬіх рабочих своих фабрик, работавших у них по волЬному найму, прошение об этом бЫло подписано ими в такой последовательности; Иван Затрапезнов, Щеголин, АвдотЬя М.икляева, Гончаров, • ПодсевалЬщиков, и. . . Тамес-сЬш. Продолэкая оставаться «содержателем» московской полотняной фабрики, Тамес-сЬш в 1740 году стал опятЬ хлопотатЬ перед Коммерц-коллегией о разнЫх лЬготах. В его заявлении на этот раз послЫшалисЬ новЫе нотЫ—-он просил разрешить передать свою фабрику другому лицу и даЖе позволить ему уехатЬ из России. В 1741 году Коммерц-коллегия, по этому его прошению,подала в кабинет министров доношение о том, что «за прилеЖнЫе его (Тамеса-сЫна) в размножении оной полотняной фабрики трудЫ всемерно надлеЖит» разрешить ему, Ивану Тамесу, свободный огп'езд из России «за море», когда он поЖелаеш, с уплатой в казну десятой части со всего капитала и с передачею фабрики «такому человеку, когаорЫй оную
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4