b000000588

— 11 — чувствуется изжога, почеяу иы и хотимъ слѣдующіе 12 быетозъ взягь въ дру - гой гостинницѣ, гдѣ подороже (12 бметовъ стоятъ 5 талеровъ), да за то безъ отравденія, въ чемъ мы удостовѣрились, поужинавъ вче.ра тамъ. Евартира у насъ не дурная— двѣ опрятныя комнаты съ необходимою мебелью. За каждую изъ нихъ ылатшъ мы 10 талеровъ, т. е. 31 рубль съ полтиною асс. на наши деньги, да за постель съ бѣльемъ по 15 серебр. грошей, т. е. 15 1 / 2 коп. асс. на наши деньги. Все это очень дешево. Евартира наша въ шжнежъ этажѣ и недалеко отъ кдюча. Здоровье мое въ порядочномъ состояніи, по крайней мѣрѣ я чувствую себя лучше, чѣмъ въ Питерѣ, и почти не принималъ лѣкарства. A жежду тѣмъ, погода здѣсь мерзѣйшая, не лучше в&шей. Но теперь я перескажу въ порадкѣ, что упомню, всю исторію юего вояжа. Описывать подробно нла- ваніе на пароходѣ не стану, потому что я уже и пасалъ тебѣ ооъ этозгь, да и почти забылъ все это тѳперь. Однако коѳ-что скажу, въ добавленіе уже ска- занному. Когда я почувствовалъ качку и мнѣ стало не въ мочь, я, шатаясь. какъ пьяныіі, сошедъ въ каюту, и тамъ почувствовалъ такое презрѣніе къ жизни, что извѳргнулъ на полъ весь мой завтракъ, а затѣмъ, не раздѣваясь, , забился въ мою койку, къ которойне то,чтобъ спшгь, а дремалъ часовъ до 2 слѣдующаго дня. Я не ѣлъ сутки, кромѣ того, что меня рвало— стало быть, въ желудкѣ моемъ чувствовалась пустота страшная. Въ перемежкахъ отъ головокруженія качкн, мнѣ хотѣдость ѣсть, — и я съѣлъ два ломгя хлѣба, кторый былъу меня въ дорожномъ мѣншѣ. Затѣмъ велѣлъ я подать себѣ 2 порціи ветчины съ горчи- цею и уксусомъ: это меня поправило. Часамъ къ 5 вечера качка кончилась, и я за ужнномъ страшно жралъ. Пароходъ Владнміръ ваутри убранъ веляколѣино, но удобства ннкакого, и тѣснота страшная. За столъ въ шубѣ сѣсть нельзя — и тЬсно и жарко, а положйть ее некуда. Я поняяъ, каяъ корабля пабаваютъ не- грами хоргующіе этимъ товаромъ. Буфетъ снабженъ гадко. Пива нѣтъ, квасу, кислыхъ щей— тоже, былъ limonade gazeuse, да и тотъ.вышедъ весь на дру- гой же день; и вода воняетъ смодою и пить ее не быдо никакой возможности. Что же пить? вино! Это разсчетъ со стороны буфетчика, потому что|за бутылку плохаго Chateau Langovoas онъ брадъ 150 к. с. вжѣето |150 к. асс. Разу- мѣется, я вина не пидъ для утоленія жажды, но съ ветчипою выпилъ рюмку хересу; потомъ, когда началась новая качка— другую; но на этотъ разъ меняне рвало и почти не тошпило, хотя годова и ходила кругомъ. Я уже писалъ тебѣ, что въ Свинемюнде мы пересѣди въ судно, которое буксировадъ рѣчной пароходъ въ Штетинъ. Тутъ мы вытерпѣли порядочную боковую качку, но никого пе рвало, и я могъ даже ѣсть. Вмѣсто бифштексу, котораго я спроеплъ, мнѣ подали пебодь- шой кусокъ битой говядины, въ которомъ вкусу не быдо ни капди, а перцу быдо пропасть; отъ этого кушанья меня мучила изжога до той минуты, когда я за- снулъ ночыю въ Берлинѣ. Въ Свинемюнде деревья давно уже распустились, я сирени были въ полномъ цвѣту. Въ Штетинъ пдыди мы часовъ пять; у при- станн- Побѣдоносцевъ сказалъ мнѣ, что черезъ полчаса пойдетъ въ Бердинъ по- ѣздъ по желѣзной дорогѣ. Какъ тутъ быть? Опоздать не хочется— оставаться въ ІПтетинѣ незачѣмъ, а распорядиться безъ нѣмецкаго языка нельзя. Какой-то дюжій малый, по указанію моего пальца, схватилъ мой чемоданъ и потащидъ его какъ перышко. Въ хепломъ пальто и шубѣ, съ тяжелымъ сакомъ въ рукѣ, побѣ-