b000000587

504 инѣшя, чести, свободы и жизни, оставшихЪ вЪ такое привелЪ порабощеніе и страхЪ, что не толь- ко дѣломЪ начать что-либо противное ему, но И мыслить почти не смѣли. СказалЪ л прежде, что повсюду разосланы были лазутчики, которыхЪ иногда и вЪ самыхЪ друзьяхЪ сеоихЪ познавали. Сіе паче связало у всѣхЪ не только языки, но и мысли. ЧеловѣкЪ отдѣленЪ будучи отЪ сродниковЪ, отЪ друзей, отЪ знакомыхЪ, и, такЪ сказать, отЪ всего рода человѣческаго, остается безсиленЪ и не вЪ со- стояніи ничего предпріять; такЪ страхонЪ изнѣны устраненной отЪ всѣкЪ, не смѣетЪ никому сообщить своихЪ мыслей, открыть намѣренія своего, испы- тать другихЪ инѣшя, пригласить ихЪ кЪ содѣй- ствіЕО , ко вспоможенію себѣ. Сколько было та- кихЪ людей кои, за налѣйшес нескромное слово, были размучены и лишены жизни ! память тако- выхЪ во всѣхЪ разумахЪ была присутственна, и заставляла скрывать, во глубинѣ сердца своего, свое неудовольствие; дѣлала безгласными любовь кЪ отечеству, ревность кЪ правотѣ, долгЪ ближ- нимЪ и кЪ самому себѣ. ОднакожЪ невзирая на всѣ сіи непреодолиныя, по видимому, препоны ужаса и содроганія, нашлися многіе, которые влекомы вѣр- ностію и усердіемЪ кЪ законной и желаемой власти, не устрашилися отречься отЪ присяги назначенному вЪ Правители государства, говоря, что приличнѣс долженствуешь возложено быши правишельсшво