b000000586

ТГРТтЛРХТ) пвлнобттчт. бведенскій. водахъ удерживаетъ свои отлитательныя черты. Начиная отъ Уэллера, лакея Пикквика, и до лорда Стефена, отъ гувернантки Ребекки и до индійскаго набоба Джозефа, каждый герой является передъ русскимъ читателемъ съ своей собственной физіономіёй. Адвоката, свѣтскій по- вѣса, аристократъ и нростолюдинъ, всѣ выражаются своимъ собствен- нвмъ говоромъ, котораго самые неуловимые оттѣнки, легко ускользаю- іціе отъ обыкновеннаго вниманія, ярко нереданы Введенскимъ на рус- скій языкъ. Притомъ во всѣхъ патетическихъ сценахъ видимо участво- вала душа самого переводчика. Между прочимъ, критика я Современника" обвиняла сотрудника „Оте- чественныхъ Записокъ" за уіютребленіе нростонародныхъ выраженій. Можетъ быть, это обвиненіе и имѣло бы какой-нибудь смыслъ, если бы тотъ-же самый „Современникъ" не новторялъ на своихъ листахъ пере- водовъ Введенскаго и не заимствовалъ изъ нихъ, безъ всякой церемоніи, цѣлыя тирады, иринадлежащія собственной фантазіи переводчика, же- лавшаго спасти болѣе интересныя мѣста отъ литературной .расправы. („Отечеств. Зап.", 1851 г.). Общественное мнѣніе судило иначе, и мы доселѣ не имѣемъ достойнаго преемника Введенскому. Вотъ на чемъ прекратилась литературная дѣятельность Введенскаго. Конечно, отъ его силъ и пламенной любви къ наукѣ можно было ожи- дать ббльшаго. Но мы видѣли, при какихъ обстоятельствахъ происхо- дило его первоначальное развитіе, какая ожесточенная борьба съ жизнію была его удѣломъ. И за всѣмъ тѣмъ онъ не отступилъ отъ своего благо- роднаго поприща; онъ сдѣлалъ все, что можетъ сдѣлать честный чело- вѣкъ и даровитый писатель. 1857 г. 34