b000000586

НЗЪ ИУТЕШЕСТВІЯ, НО ШВЕЙЦАРШ. Элоизой", современники привѣтствоваіи его единодушнымъ восторгоыъ. Первая книга заставила матерей допустить къ своимъ сосцамъ дѣтей, брошеиныхъ подъ надзоръ наемныхъ кормилицъ; она воспитала цѣлое поколѣніе героевъ; вторая разбудила чувство любви къ нриродѣ, освя- тила имя женщины, которая, какъ мать, даетъ міру жизнь, какъ яркое звѣно, соединяющее семейство съ обществом!., разливаетъ незамѣтное, но мощное вліяніе вокругъ себя. И если нѣтъ ничего случайнаго въ судьбахъ человѣчества, именно съ этой поры сердце Франдіи сильно забилось. Чувствительность, вызванная сантиментальной школой Руссо, сдѣлалась символомъ таланта, нослѣднимъ словомъ королевскаго указа, необходимымъ условіемъ ноэзіи, юношеской мечтой, болѣзненнымъ при- падкомъ эпохи. И чѣмъ меньше общественная жизнь представляла чело- вѣку отрадныхъ сторонъ, тѣмъ охотнѣе онъ вѣрилъ своему идеалу, тѣмъ искреннѣе желалъ осуществить его... Замѣчательно, что во всѣ литера- турные неріоды, любовь къ идилліи совпадаетъ съ упадкомъ обществен- ныхъ силъ. Аоины читали Ѳеокрита въ послѣдніе дни своего полити- ческаго существованія. Едва оковы коснулись римской тоги, Виргилій заговорилъ о прелести сельскихъ полей. Та же потребность вызвала крас- норѣчивый протестъ Руссо, образовала изъ него неутомиыаго противника лжи и лицемѣрія, безусловнаго поклонника природы, „которая, по его мнѣ- нію, не выпускаетъ изъ своихъ нѣдръ ничего развратнаго и злого". Когда „Новая Элоиза" обошла всѣ европейскіе народы, всѣ возрасты и состоянія, берега Лемапа, какъ главная сцена романтичѳскаго разсказа, стали при- влекать късебѣ толпы любопытныхъ путепіественниковъ,сдѣлались мѣстомъ свиданія лучшихъ дарованій, центромъ лйтературнаго движенія. Здѣсь Гиббонъ, задумавшій свою исторію на развалинахъ римскаго колизея, окон- чилъ ее въ лозанскомъ саду, гдѣ теперь возвышается гостинница съ его именемъ. Здѣсь провелъ большую часть своей дѣятельной жизни Вольтеръ, обязанный, какъ онъ выражается, счастлйвѣйшими днями Лозаннѣ; въ виду Монъ-Блана, среди фернейскихъ полей, на граНицѣ двухъ національ- ностей, онъ поставилъ свой восхитительный замокъ, окружилъ себя многочи- сленнымъ кругомъ ученыхъ, свѣтскихъ людей, сановниковъ, надъ всѣми смѣялся и всѣхъ очаровывалъ. Здѣсь трудился славный натуралистъ Соссюръ, первый добросовѣстный изслѣдователь альпійскихъ горъ; онъ прошелъ ихъ четырнадцать разъ пѣшкомъ, съ молотомъ въ рукѣ, не упуская изъ виду ни одного замѣчательнаго явленія на пути своихъ изысканій. Леманъ вдохновилъ г-жу Сталь „Коринной", а г-жу Ерюднеръ „Валеріей": тщеславная ливонянка, дочь откупщика, жена посланника, ревностная иллюминатка, обманутая блестящими призраками жизни, приходила сюда съ сѣвера „учиться мыслить и любить". Наконецъ, на берегахъ женевскаго озера, маренгскій герой, возвращаясь изъ Италіи, принялъ первый нобѣдный вѣнокъ изъ рукъ лозанскихъ красавицъ. На- цолеонъ никогда не забывалъ этой блистательной встрѣчи; онъ не разъ 587