b000000586

одиеъ изъ нлтпхъ государственныхъ деятелей.' кому университету или Бѣлостокской области, составить рескриптъ главнокомандующему арміей или инструкцію законодательной комиссіи, — ■ онъ собираетъ комитетъ, дѣлаетъ за всѣхъ одинъ, исписываетъ цѣлыя стопы листовъ собственной рукой, тамъ ставить пять сотъ парагра- фовъ, здѣсь тысячу, и немедленно приводить ихъ въ исполненіе. Еакъ чиновникъ, привыкшій все регламентировать, во всемъ видѣть необходи- мость административнаго порядка, п только въ этомъ порядкѣ нахо- дившій благосостояніе страны, опъ принялъ искусственную систему за дѣйствительную жизнь... Двухлѣтнее управленіе Сибирью представляло Сперанскому полное раздолье осуществить лучшія изъ государственныхъ цѣлей. Онъ былъ посланъ туда генералъ-губерпаторомъ, съ огромнымъ уполномочіемъ судьи и правителя, съ властію уничтожить злоунотребленія края, бодѣе ста лѣтъ преданнаго произволу и открытому воровству мрачнаго подьяче- ства; съ тѣмъ вмѣстѣ ему поручалось сообразить и приготовить поло- женіе для будущаго устройства и управленія этой обширной колоніей. Онъ, не стѣсняясь, могъ перемѣнять людей и творить служебныя ин- станціи; отводить границы, карать и миловать по усмотрѣнію. Вь его распоряженіи были значительныя средства для всѣхь нреобразованій, какія только могъ проектировать Сперанскій. Народонаселеніе ожидало его съ восторгомь; оно видѣло въ нежь своего спасителя отъ людей, въ родѣ слѣдующаго образчика, — исправника Лоскутова. Лоскутовъ не прі- ѣзжалъ въ селеиіе иначе, какъ съ казаками, которые везли по нѣ- скольку возовъ нрутьевъ; тутъ онъ приступалъ къ осмотру жилищъ, ку- хонь и всего скарба и за всякую неисправность безжалостно сѣкъ и мужчинъ и женщинъ. Всѣ трепетали его взгляда, и терроризмъ, карающій смертію, не могъ бы внушить большаго страха. Передъ прибытіемъ Спе- раискаго онъ отобралъ въ цѣломъ уѣздѣ чернила, перья и бумагу и сло- жилъ ихъ въ волостныхъ правленіяхъ. Не смотря, одиакожъ, на всѣ эти предосторожности, просьбы были написаны и вручены для подапія двумъ сѣдымъ старикамъ. Неизобразимъ былъ ужасъ послѣднихъ, когда, пере- правясь черезъ Канъ, навстрѣчу генералъ-губернатору, они увидѣли возлѣ него самого Лоскутова. Оба упали почти безъ чувствъ на колѣни, держа свои просьбы на головѣ. Сперанскій, нринявъ эти просьбы, ве- лѣлъ Рѣпинскому читать ихъ вслухъ. Тогда просители растянулись на землѣ. Немедленно по выслушаніи просьбъ, подтверждавшихъ всѣ уже прежде получешшя свѣдѣнія о своеволіи и поборахъ Лоскутова, Спе- ранскій тутъ же на мѣстѣ отрѣшилъ его и арестовалъ. Когда старики были приведены въ чувство и имъ объявили, что ихъ исправникъ уда- лепъ отъ должности, то они, трясясь всѣмъ тѣломъ, схватили Сперан- скаго за полу и, едва сами помня что говорятъ, зашептали ему: „ба- тюшка, вѣдь это Лоскутовъ, что ты это баешь; чтобъ тебѣ за насъ чего худого не было: вѣрно ты не знаешь Лоскутова!" (т. 11, стр. 201). Такъ зѳ ббі