b000000586

ОДИНЪ ИЗЪ НАШІІХЪ ГОСУДАРОТВЕННЫХЪ ДѢЯТЕ.ІЕЙ. Когда, наконецъ, пришло время осуществить и вдохнуть ихъ въ самую жизнь, „тутъ начались, замѣчаетъ баронъ Корфъ,— колебанія. Свѣтлый умъ Александра постигъ, что неизмѣримо легче было написать, чѣмъ осуществить написанное, и что во всякомъ случаѣ необходимы сперва разныя переходный мѣры". (Т. I, стр. 103). Соынѣніе, говорятъ, пер- вый шагъ къ отрицанію. Дѣло Сперанскаго было проиграно съ той ми- нуты, когда существенная часть его плана была отложена въ сторону, а побочныя учрежденія стали развиваться помимо основной идеи; — ма- шина была пущена въ ходъ прежде, чѣмъ подложили нодъ нее проч- ный рельсы. Враги Сперанскаго только этого и ждали; пьедесталъ по- шатнулся, оставалось уронить его. Ненависть и озлобленіе противъ го- сударственнаго секретаря росли постепенно, распространяясь, подобно морской волнѣ, тѣмъ шире, чѣмъ были дальше отъ своего источника; Ему не простила служебная аристократія за то, что онъ бѣдный попо- вичъ сталъ поперекъ дороги многимъ изъ тѣхъ шелковыхъ героевъ, ко- торые считали себя во всемъ выше его, — кромѣ ума и личнаго досто- инства; противъ него поднялась густая и пестрая масса невѣжествен- ныхъ подъячихъ, въ силу одной инерціи, переходившихъ къ повыше- ніямъ и наградамъ, — поднялась за то, что Сперанскій указомъ объ экзаменахъ сдѣлалъ образованіе обязательнымъ для каждаго чиновника, противъ него возстало дворянство за то, что камергеры и камеръ-юн- керы были принуждены соединить съ этимъ званіемъ и дѣйствительную службу, между тѣмъ, какъ прежде они пользовались этимъ правомъ безусловно. „Послѣ такой неслыханной наглости, прибавляетъ баронъ Корфъ, — конечно, нельзя было не признать его человѣкомъ самымъ онас- нымъ, стремящимся къ уравненію всѣхъ состояній, къ демократіи и, оттуда, къ ниспроверженію всѣхъ основъ имперіи". (Т. I, стр. 174). Наконецъ, противъ Сперанскаго возсталъ и народъ, взволнованный смут- ными предчувствіями наступавшей войны и тяжелыми налогами 1812 года. Но всѣмъ этимъ воспользовалась та нартія, которой паденіе Спе- ранскаго было особенно нужно; она, разумѣется, помогла оклеветать его измѣнникомъ въ общественномъ мнѣніи, т. е. во мнѣніи толпы, го- товой вѣрить, со словъ наемнаго сплетника, всему, что питаетъ не- обузданную фантазію темнаго міра... Стать одному противъ всѣхъ было невозможно, и Сперанскій, оставленный Александромъ I, заключилъ свою политическую карьеру заточеніемъ. Мы не имѣемъ основанія за- подозрить Сперанскаго въ прямомъ и честномъ желаніи — служить бла- гу своей страны, но намъ кажется, что ему не доставало гражданскаго мужества для вьтполненія своихъ дѣлей, тѣмъ болѣе для хладнокров- ной встрѣчи своего несчастія... Здѣсь мы разстаемся съ этой благородной и симпатичной лич- ностью. Слѣдить подробно за годами его ссылки, говорить о лишеніяхъ и оскорбленіяхъ его во время опалы, раздѣлять съ нимъ его дѣтскія 05Й