b000000586

ОДПНЪ ИЗЪ ПАШИХЪ ГОСУДАРСТВВННЫХЪ ДЕЯТЕЛЕЙ. какъ и вездѣ, Сперанскій съ перваго же дня успѣлъ обратить на себя особенное вниманіе. Еуракинъ, желая испытать его, норучилъ ему на- писать одиннадцать писемъ къ разнымъ лицамъ; работа была окончена быстро и хорошо. „Князь, говорить баронъ Корфъ, — сперва не хотѣлъ вѣрить своимъ глазамъ, что дѣло уже выполнено, а потомъ, прочитавъ письма и видя, какъ они мастерски изложены, еще болѣе изумился, раз- цѣловалъ Иванова ^ за пріисканный ему кладъ и тотчасъ принялъ къ себѣ Сперанскаго". Сначала жизнь молодого секретаря, нопавшаго въ аристократическое семейство, не представляетъ особенной разницы отъ обыкновенной прислуги князя; Сперанскій, стѣснлсь нрисутствіемъ за столомъ хозяина, предпочелъ обѣдать съ его камердинерами, помѣщался въ одной комнатѣ съ двумя своими товарищами и, какъ видно, вообще былъ не замѣтенъ въ домѣ, затертый въ толпѣ его челяди. Мы не ду- маемъ, чтобъ это могло унизить Сперанскаго; напротивъ, такая патріар- хальная скромность возвышаетъ его въ нашихъ глазахъ. Если онъ не хотѣлъ рисоваться и заискивать особенной благосклонности между людьми, отдѣленными отъ него, по духу того времени, цѣлой пропастью ложно- привитыхъ понятій, то такое поведеніе заслуживаетъ полной похвалы. Къ сожалѣнію, эта нравственная черта въ характерѣ Сперанскаго сти- ралась тѣмъ больше, чѣмъ ближе онъ соприкасался съ самымъ обще- ствомъ, Обѣдая съ камердинерами и играя съ ними въ ламутъ, онъ положительно ничего не проигрывалъ изъ своего личнаго достоинства; но выигрывалъ уже тѣмъ, что избавлялъ себя отъ двусмысленныхъ взгля- довъ и явпаго пренебреженія, которыя не рѣдко ожидали его въ гостинной или за столомъ Куракина. Относительно чистоты его намѣреній въ это время мы также не сом- нѣваемся. Покидая духовное званіе, Сперанскій, конечно, не разсчитывалъ на блестящую карьеру государственнаго секретаря; такія мечты были- бы слишкомъ смѣлы для его воображенія и слишкомъ далеки отъ дѣй- ствительности... Его манило, какъ и всѣхъ поставленныхъ въ положеніе Сперанскаго, неопредѣленное желаше выйдти изъ тѣсной сферы суще- ствованія, а тамъ что бы ни было, — онъ ничего не терялъ за собой; притомъ, умственный силы его требовали лучшаго и болѣѳ просторняго развитія, требовали также естественно, какъ извѣстеаго устройства легкія требуютъ свѣжаго воздуха. „Жажда ученія, говорилъ Сперанскій вно- слѣдствіи, — побудила меня перейдти изъ духовнаго званія въ свѣтское. Я надѣялся ѣхать за-границу и усовершенствовать себя въ нѣмецкихъ университетахъ. („Жизнь Сперанскаго. Т I, стр. 45). Мы совершенно вѣримъ этимъ словамъ; неудовлетворенная любознательность — одно изъ мучительныхъ и тревожныхъ чувствъ нашей природы. Что предполагалъ онъ сдѣлать изъ своего университетскаго образованія, куда и зачѣмъ х ) Иваном, рекомепдовалъ Сперанскаго Куракину. 547