b000000586

одігпт, тт. нлпшхт. госудлротиЕпт.тхт. деятелей. отправленія государственнаго организма бываютъ нормальны и не стра- даютъ той бодѣзненной односторонностью, которую мы замѣчаемъ, на- примѣръ, въ современной Австріи; если же форма развивается насчетъ содержанія, или принципъ устунаетъ мѣсто внѣшнимъ политическимъ обрядамъ, тогда, обыкновенно, внѣшняя сторона нарализируетъ внут- реннее развитіе общества; тогда государство можетъ существовать само но себѣ, а народъ самъ по себѣ. Въ такомъ случаѣ, дѣятельность го- сударственнаго человѣка ограничивается нростымъ формализмомъ, и мы не знаемъ, чѣмъ можно отличить ее отъ бездѣятельности всякаго ря- доваго чиновника. Кромѣ того между политической системой и народ- ной жизнью должна находиться взаимная связь, круговая порука, безъ которой трудно представить себѣ здоровое состояніе общества; если оно не вноситъ своихъ живыхъ силъ въ государственное устройство, тогда это нослѣднее походитъ на машину, не имѣющую для своего дви- женія ни масла, ни огня. Но и этой связи мало; кромѣ своихъ народ- ныхъ потребностей, у политическаго организма есть внѣшнія отноше- нія, извѣстная солидарность съ другими человѣческими обществами. Предполагать, что та иди другая народность, замкнутая въ свои за- ставы, границы и таможни, можетъ держаться совершеннымъ особня- комъ, независимо отъ другихъ націй, было бы странно. Увлеченные этой теоріей, наши славянофилы въ оправданіе своего ученія еще доселѣ ничего не нашли, кромѣ торжковскихъ сапоговъ и областнаго словаря Даля. Стать на высоту всѣхъ этихъ соображеній есть первая' обязанность государственнаго человѣка. Въ немъ должны соединяться всѣ лучшія современный идеи, стремленія и цѣли; его пониманію должны быть до- ступны всѣ вопросы, занимающіе его эпоху; въ его головѣ должны укла- дываться не только самые разносторонніе матеріалы знаній, но и послѣд- ніе результаты ихъ. Одпимъ словомъ, какъ кормчему корабля, ему не- обходимо знать не одну поверхность моря, но которой онъ плыветъ, но и дно его, на которомъ онъ можетъ сѣсть на мель. Въ образованіи го- сударственнаго дѣятеля есть своя особенность: ему нестолько важно быть снеціалистомъ или приверженцемъ той или другой доктрины, сколько человѣкомъ современно развитымъ. Трудно вообразить, чтобъ онъ могъ слѣдить самъ за всѣми мелкими подробностями управляемой имъ жизни, — да это и не его дѣло, — но онъ долженъ дать всему на- правленіе и на все положить свой собственный ясный взглядъ. Если онъ не имѣетъ этихъ качествъ, столь неразлучныхъ съ его карьерой, то ему остается сосредоточить весь свой трудъ на одномъ государствен- номъ формализмѣ, на. ловкости придворной интриги или партіи, т. е. обратиться въ свой прототипъ — Талейрана и Меттерниха, которыхъ, при извѣстной обстановкѣ, всегда можно замѣнить, кѣмъ угодно. Та- кимъ образомъ, съ призваніемъ государственнаго человѣка неизбѣжно Б44