b000000586

РЕФОРМА ИТАЛШ, КАКЪ ПОНИМАЛЪ ЕЕ НОНТАНЕИИ. пивъ одного изъ тюреыщиковъ, она почти достигла цѣли своихъ долго- вре:.іенныхъ работъ и самыхъ лучшихъ надеждъ, и вдругъ полиція пре- дупреждаетъ ее: планъ Люціи не удался. Это событіе произвело на нее такое потрясающее ішечатлѣніе, что она вскорѣ умерла. И кто бы могъ подумать, что Францискъ, доселѣ заирещавшій передавать всякое внѣшнее извѣстіе Конфалоніери, теперь нарочно приказалъ сообщить ему о кон- чинѣ его жены, въ то же время не дозволивъ говорить о ней подробно. Это грубое приказаніе было исполнено буквально: директоръ темницы, призвавъ къ себѣ Конфалоніери, обратился къ нему такъ: „нумеръ че- тырнадцатый (въ Шпильбергѣ человѣкъ теряетъ даже^ имя), его вели- чество, государь, приказалъ объявить вамъ, что жена ваша умерла". Едва онъ окончилъ фразу, какъ часовые, подхвативъ узника, потащили его иазадъ. Послѣ подобнаго факта неудивительно, что онъ изможжен- нн й вышелъ изъ Шнильберга; удивительно то, что онъ до нослѣдней минуты сохранилъ энергію души, безпримѣрную въ кругу его соотече- ственниковъ. Имя Фридерика Конфалоніери не умретъ въ исторіи на- шихъ несчастій. Сынъ благороднаго и богатаго семейства, воспитанный среди роскоши и удовольствій, онъ, однакожъ, не видѣлъ вокругъ себя ничего иного, кромѣ ненавистнаго иностранца, попиравшаго націонадь- ную землю; рѣшившись отдать себя всецѣло народному дѣлу, онъ съумѣлъ предпочесть праздной и безнечной жизни золотыхъ юношескихъ дней — жизнь, полную трудовъ и лишеній, которыя въ Итадіи ведутъ прямо къ темницѣ, къ эшафоту. Честь великому мученику! Вспомнимъ, что люди умираютъ, но примѣры твердости и самоотверженія живутъ и приносятъ плодъ. Эта мысль должна утѣшить тѣхъ, кто, подобно мнѣ, не сомнѣвается, что послѣднимъ біеніемъ его сердца было желаніе свободы Италіи, въ которой ему даже не суждено было умереть". (КаОопаІ. 1846 г. 21 декабря). Въ странѣ, лишенной всякихъ полити- ческихъ иптересовъ, событіе, подобно смерти Конфалоніери, составляетъ эпоху. Онъ одиноко скончался въ маленькой швейцарской деревнѣ. Ми- ланъ почтилъ его торжественнымъ погребеніемъ; безчисденное множе- ство народа присутствовало въ соборѣ. Затѣмъ была составлена под- писка, для сооруженія памятника въ Госпенталѣ, гдѣ скончался Кон- фалоніери. Австрія поняла, что въ этомъ народномъ торжествѣ выра- жалась не одна любовь къ великой жертвѣ, но и громкій протестъ къ ея мелкимъ гонителямъ". Послѣ столькихъ усилій, говоритъ Ричарди, ■ — и послѣ столькихъ преступленій, совершонныхъ въ Италіи для уничто- женія націонадьнаго чувства и всякой свободной идеи, Австрія была осуждена увидѣть тотъ же духъ независимости, проявившійся сильнѣе, чѣмъ когда нибудь". (Ыікіюіге (Іе ГКаІіе, раг Кіссіаічіі, гл. IV). Самый невинный праздникъ окончился тайными полицейскими арестами. Такія оскорбденія святого народнаго чувства не остаются безъ кровной мести, на страницахъ исторіи. 451