b000000586

ТЮРГО. ученіе не могло быть совершеннымъ, но при всѣхъ недостаткахъ его, оно, подобно философіи бросило широкій лучъ свѣта на соціальное со- стояніе Франціи. (См. Есопотікіез аи XVIII в., т. 12. Біте Еоуаіе, раг ѴаиЪап). Прежде, чѣмъ мы разъяснимт. идею физіократовъ, посмотримъ на са- мое общество, среди котораго они развились и дѣйствовали. Лудовикъ XIV умиралъ среди безмолвныхъ проклятій народа и общаго лицемѣрія окружавшихъ его лицъ. Смерть его была предвѣстникомъ будущихъ золъ Франціи. Оиъ оставилъ страну, раззоренную войной, изму- ченную религіозными гоненіями, униженную самовластіемъ, опутанную безчисленной бюрократіей, безъ уваженія въ собственномъ мнѣніи и въ глазахъ другихъ націй.- Даже артистическій блескъ и монументальное величіе потеряли прежнее обаяніе. Теперь было не до тріумфовъ и пыш- ныхъ драгонадъ; другія, болѣе существенныя нужды занимали прави- тельство. Ему грозило всеобщее банкротство въ казнѣ, промышленности, на фабрикахъ и мануфактурахъ. Болѣе трехъ миліардовъ долгу тяготѣло на самомъ бѣдномъ, рабочемъ сословіи; государство уже давно извора- чивалось доходами за два года впередъ; дѣятельность повсюду прекра- тилась; многія земли лежали заброшенными; лучшіе работники ихъ бѣжали въ чужія земли или сидѣли въ темницахъ со скованными ру- ками; десятая часть народонаселенія обратилась въ нищихъ. Меркан- тильная система, возведенная Кольберомъ въ идеалъ запретительной рутины, истощила послѣдпія средства народпаго труда и довольства. Въ такомъ видѣ принялъ Францію регентъ, человѣкъ безхарактерный, лѣнивый и алчный до грубыхъ паслажденій. Воспитателемъ его былъ Дюбуа, монахъ безъ вѣры, сынъ нищаго аптекаря, впослѣдствіи кар- диналъ и одипъ изъ первыхъ богачей Франціи. Онъ систематически растлѣвалъ умъ и волю своего питомца, основавъ на развратѣ отроче- ской души свою будущую каррьеру. Онъ достигъ ее; во имя герцога Орлеанскаго, Дюбуа безотчетно управлялъ королевствомъ. Въ то время, когда бездарный и безсовѣстный кардиналъ вертѣлъ государственными дѣлами, регентъ пировалъ среди гарема любовницъ и друзей за бутыл- кой. „Еаждый вечеръ, говорить Токвиль, — онъ приглашалъ своихъ раз- гульныхъ товарищей, наложницъ, онерпыхъ дѣвчонокъ, часто герцогиню де-Берри, людей темнаго званія, но игриваго ума и славныхъ пороками. За этими ужинами одушевляли собесѣдниковъ превосходныя вина и яства; предметомъ говора были скаидалезныя происшествія двора и города. Пили, горячились, вели циническіе споры; наконецъ — утом- леніе разлучало гостей; кто былъ покрѣпче, — уходилъ; кто не могъ держаться па ногахъ, — того уносили, и на другой день повторялась та же безумная оргія". (НМоіге сіи гёдпе сіе Ьоиіз XV, раг Б. ТоссціеѵШе. Т. I, стр. 24). Послѣ мрачнаго убожества Лудовика XIV, въ послѣдніе дни правленія его, веселая и буйная жизнь регента прошла заразой по 271