b000000586

ГРИГОРІЙ ЕВЛАМШЕВИЧЪ Б.!ЕАГОСВѢТ.ІОВЪ. И этотъ девятый валъ отхлынулъ, какъ и другіе, и „Дѣлу" опять стало легче. Насколько измучился Благосвѣтловъ и опусти- лись у него руки, можно видѣть изъ того, что онъ хотѣлъ продать журналъ. Но продать „Дѣло", т. е. разстаться съ своимъ дѣтищемъ, было для Благосвѣтлова выше силъ. Охотники, конечно, на- шлись, нѣкоторыя лица даже вступили съ Благосвѣтловымъ въ переговоры и, разумѣется, эти переговоры не приводили ни къ чему. Правда, послѣ М. Н. Лонгинова стало настолько легче, что Бла- госвѣтловъ пробовалъ даже просить оффиціальнаго признанія его редакторомъ и ему это обѣщали, хотя и не разрѣшали. При Н. С. Абазѣ Благосвѣтловъ попытался еще разъ просить объ освобож- деніи изъ-подъ цензуры, но получилъ рѣшительный отказъ. О Благосвѣтловѣ, какъ о редакторѣ, ходило много не совсѣмъ точныхъ мнѣній. Разсказывали, напр., о его, будто бы, безцере- монномъ обращеніи со статьями. Дѣйствительно, онъ дѣлалъ иногда въ статьи вставки и не всѣ изъ подобныхъ вставокъ можно оправ- дать, но иногда , а можетъ быть и въ болыпинствѣ случаевъ, вставки дѣлались, чтобы смягчить статью и легче провести ее черезъ цен- зуру; дѣлались измѣненія, чтобы сдѣлать статью „читабельнѣе", или уничтожить противорѣчія, нѣкоторыя вставки дѣлались даже по желанію цензоровъ. Бывали случаи, когда Благосвѣтловъ вы- сылалъ мнѣ цензорскія корректуры для того, чтобы я могъ сооб- разить, что не допускается цензурой, и вмѣстѣ съ цензорской кор- ректурой присылалъ еще оттиски, чтобъ исправить и выгладить статью, соображаясь съ цензорскими исключеніями. Въ тѣхъ же случаяхъ, когда онъ самъ что-нибудь вносилъ въ корректуру, онъ обыкновенно сообщалъ мнѣ объ этомъ и изъ всѣхъ случаевъ я только помню одинъ, когда онъ приставилъ къ мой статьѣ „го- лову" и съ этой приставкой я настолько не согласился, что у насъ возникла „спеціальная" переписка. Конечно, въ тѣхъ случаяхъ, когда авторы не были на лицо, или поправки дѣлались ничтожныя, или же являлись статьи недо- статочно опытныхъ писателей, Благосвѣтловъ распоряжался болѣе рѣшительно, и пользовался довольно смѣло своей редакторскою властью; но онъ это дѣлалъ по принципу, дѣлалъ потому, что смотрѣлъ очень серьезно на редакторскую обязанность. Благо- свѣтловъ постоянно говорилъ, что нельзя же русскому журналу, издаваемому для русскихъ читателей, давать статьи, нанисанныя тарабарскимъ языкомъ. Благосвѣтловъ требовалъ отъ статей лите- ратурнаго изложенія и въ этомъ, конечно, онъ былъ нравъ: его ужасно XIX