b000000586

ГРИГОМЙ ЕВЛАМПІВВІІЧЪ БЛАГОСВѢТЛОВЪ. пустятъ, и эта надежда поддерживаетъ надорванную энергію. Для 3 книжки запрещено 28 листовъ разныхъ статей". Цензурныя строгости Благосвѣтловъ принисывалъ частью и тому, что онъ называлъ „доносами". Еще по выходѣ первой книжки, графъ Толстой, какъ писалъ мнѣ тогда Благосвѣтловъ, заявилъ, что „Дѣло" есть продолженіе „Русскаго Слова" и, слѣдовательно, журналъ вредный. „Начались передряги, возникло чуть не цѣлое слѣд- ствіе, осмотрѣли типографію, допытывались, будто бы, чьи рукописи набираются, — писалъ Влагосвѣтловъ: — и одно только подаетъ слабую надежду на существованіе „Дѣла", что въ Главномъ Управленіи по дѣламъ печати есть нѣсколько человѣкъ за ж.урналъ, но есть и противъ него". Вы, конечно, можете представить теперь легко, что долженъ былъ переживать этотъ нервный человѣкъ, какія у него должны были быть ночи и дни. Въ особенности тревожно дѣй- ствовало на Благосвѣтлова неблагопріятное отношеніе къ „Дѣлу" графа Толстого, который запретилъ даже выписывать „Дѣло" въ библіотеки учебныхъ заведеній Министерства Народнаго Просвѣ- щенія. Пожалуй, не меньше огорчалъ Благосвѣтлова и Катковъ. Онъ нѣсколько разъ указывалъ на „Дѣло" и статья его въ 1870 году особенно встревожила Благосвѣтлова. По поводу ея Благосвѣтловъ писалъ: „Ударъ Каткова прошелъ мимо, благодаря тому, что его ненавидитъ высшая петербургская бюрократія (?). Но ударъ отра- зился на журналѣ съ другой стороны. Сила доноса Каткова извѣ- стна многимъ и потому послѣ статьи его многіе считали „Дѣло" по- хороненнымъ". „На первыхъ порахъ,—пишетъ Благосвѣтловъ:— мы собрались всѣ купѣ (т. е. редакція) и съ грустью стали думать о нашемъ положеніи. Рѣшили немедленно просить объ освобож- деніи „Дѣла" отъ предварительной цензуры: умирать, такъ уми- рать не въ болотѣ". Министръ, къ которому обратился редакторъ, не подалъ ни надежды на выпускъ изъ подъ цензуры, но и не от- казалъ прямо. „Это обыкновенная манера генерала Тимашева", прибавляетъ Благосвѣтловъ. Въ особенности огорчила Благосвѣтлова статья Каткова тѣмъ, что, какъ показалось ему, она повліяла на подписку. „Послѣ статьи Каткова съ подпиской на „Дѣло" прои- зошло сильное паденіе фондовъ. Всѣ думали, что черный воронъ каркнулъ надъ готовящимся трупомъ „Дѣла"... Но карканье зло- вѣщей птицы пронеслось, впечатлѣніе ослабло и подписка снова под- держала журналъ. Съ третьей книжки вдругъ пошло лучше... это поистинѣ удивительно для меня,— замѣчаетъ Благосвѣтловъ:— послѣ того гнета, который выноситъ „Дѣло". XVII