b000000586

ИСТОРИЧЕСКАЯ ШКОЛА БОКІЯ- Сообразивъ хорошенько все, чт5 сказано выше, легко понять, что нравственный элеигентъ, какъ одинъ изъ дѣятелей европейскаго про- гресса, не внесъ положитедьныхъ началъ въ развитіе человѣчества. Каж- дому изъ современныхъ народовъ пришлось пройдти рядомъ непрости- тельныхъ ошибокъ къ своему настоящему состоянію. Представимъ себѣ длинную тюрьму, изъ глубины которой надо пробираться мрачными пе- реходами на свѣжій воздухъ; чѣмъ ближе къ выходу, тѣмъ легче ды- шется и тѣмъ свѣтлѣе для глазъ. Но на каждомъ переходѣ надо было бороться со множествомъ препятстій, съ различными привидѣніями, по- рождаемыми темной ночью и еще болѣе темной фантазіей самого узника. Кругомъ него раздавались глухіе стоны, гремѣли цѣпи, поднимались эшафоты, шли похоронныя процессіи; онъ все это слышалъ, но не по- нима.аъ: для чего и отъ кого зависятъ эти страданія. Наконецъ, многіе изъ этихъ несчастныхъ узниковъ подходили къ самому порогу, за кото- торымъ виднѣлся день, ясная и привольная перспектива жизни; оста- валось, кажется, только перешагнуть за ворота смерти и молчанія, но перешагнуть-то и не доставало силъ. Онѣ утомлены, да и не привыкли къ новому мѣсту и воздуху... Зато, говорятъ намъ, сколько великихъ людей, сколько нравственныхъ доблестей, сколько великихъ открытій сдѣлано человѣчествоыъ! Да; но кто-же воспользовался ими и чѣмъ они купили себѣ право на величіе? Переходя изъ нравственной сферы въ умственную и наблюдая за побѣдами человѣческаго знанія, картина нѣсколько измѣняется. Здѣсь мы видимъ положительныя пріобрѣтенія, сдѣланныя общими усиліями людей и обращенныя въ общее достояніе человѣчества. Не легка была и эта дорога, но по ней можно было идти не къ рабству и нищетѣ, не въ глубину тюрьмы, а на просторъ и деятельность. Оцѣнивая харак- теръ этого дѣятеля въ исторіи народовъ, по сравненію съ нравствен- нымъ движеніемъ, Бокль не видитъ въ послѣднемъ ничего нрогрессив- наго и ностояннаго; игра страстей, ■ капризы воли, различная вспышки темпераментовъ, вѣчные приливы и отливы добра и зла — все это такъ перемѣнчиво, что нѣтъ никакой возможности подвести подъ какіе ни- будь осязательные законы. Но и надъ всѣмъ этимъ, говоритъ Бокль, — есть гораздо высшее движеніе, и между тѣмъ, какъ теченіе (исторіи) состоитъ изъ приливовъ и отливовъ, между этими безконечными волне- ніями, одна, и только одна, вещь постоянно живетъ. Злодѣянія людей производятъ лишь временное зло, и добродѣтели лишь временное добро — и добро и зло погружаются въ пропасть, умѣряются нослѣдующими по- колѣпіями и исчезаютъ въ безпрерывномъ движеніи грядущихъ вѣковъ. Но открытія великихъ людей навсегда — съ нами; эти открытія вѣчны, въ нихъ заключаются исконныя истины, переживающія паденія царствъ, борьбу враждебныхъ вѣрованій; одни вѣрованія годятся для одного вѣка, другія — для другого. Подобно снамъ, безслѣдно исчезающимъ 199