b000000586

токвтагь и его иолпттгтесісля доктрина. берегъ, гдѣ намѣренъ бьтлъ провести зиму, и явился въ Парижъ. Въ назначенный день онъ былъ въ числѣ онпонентовъ возникавшему порядку вещей и вмѣстѣ съ другими былъ арестованъ и отведенъ въ казарму. 3 декабря его перевели въ венсенскую тюрьму, гдѣ и окончилась по- литическая дѣятельность Токвщя; она окончилась съ послѣднимъ вздо- хомъ умиравшей свободы. Теперь посмотримъ на самыя убѣжденія Токвиля. Мы ужь замѣ- тили, что современные ему публицисты не отличались особенно твер- дыми и ясными воззрѣніями; въ ихъ мнѣніяхъ была замѣтна лихора- дочная дрожь, недовѣріе къ собственнымъ силамъ, вялый скептицизмъ, чѣмъ обыкновенно сопровождаются рѣзкіе политическіе кризисы всѣхъ народовъ. Въ поколѣніи Токвиля, если можно такъ выразиться, соеди- нялось нѣсколько различннхъ поколѣній съ разными мнѣніями, пред- разсудками и вѣрованіями. Въ немъ были люди, еще жившіе воспоми- наніями феодальной эпохи, потомъ приверженцы революціоннаго времени, обстрѣленные съ ногъ до головы поклонники имнеріи и, наконецъ, за- щитники представительной формы правленія; въ большей части изъ нихъ всего было понемножку, т. е. отчасти либерализма, отчасти кон- серватизма, нѣсколько Мирабо и нѣсколько Людовика XVI. Многіе изъ нихъ еще серьезно думали, что, еслибъ взять нѣсколько старыхъ эле- ментовъ, внесенныхъ во Францію средневѣковыми баронами и дюками, затѣмъ нѣсколько стихій изъ монархіи Бурбоновъ, кой-что изъ револю- ціи, и изъ всего этого слѣпить одну націю, то эта нація была бы ве- ликой и свободной Франціей. Политическій фатализмъ и ренегатство были обыкновенными явленіями у тогдашнихъ государственныхъ людей. Однимъ словомъ, это ноколѣніе походило на пловцовъ, отбитыхъ не- предвидѣнной бурей отъ одного берега и неприставшихъ къ другому. Само собою разумѣется, что у народа, заранѣе приготовленпаго къ уча- стие въ своемъ собственномъ управленіи, такой неурядицы не могло бы случиться. Къ сожалѣнію, муниципальныя права его давно были выр- ваны съ корнемъ въ правленія Людовиковъ XIV и XV; системы выборовъ и провинціальныхъ сеймовъ давно не существовало; парламентскія формы, никогда не имѣвшія дѣйствительнаго значенія, потонули въ общемъ кораблёкрушепіи старой монархіи; нація была раззорена и забита, какъ бѣдный школьникъ подъ ферулой учителя. Такимъ образомъ, сфера по- литическихъ идей была самая узкая; что дѣлалось въ Парижѣ, какъ рѣшали судьбу тридцати трехъ милліоновъ людей, о томъ едва знали за чертой столичныхъ заставъ. Послѣ этого неудивительно, что и Талейранъ въ свое время считался политическимъ мудрецомъ, хотя онъ мнѣнія свои мѣнялъ чаще, чѣмъ бѣлье. Еромѣ этихъ элементовъ, на убѣжденія Токвиля имѣли вліяніе его личныя обстоятельства. Онъ принадлежалъ по рожденію къ старой дворян- ской фамиліи, въ которой сохранилось много наслѣдствешшхъ понятій; 164