b000000586

политически; ііредразсудки. сенпцѣ, ножзущей въ травѣ, что для нея было бы лучше, еслпбъ она родилась орломъ. И то п другое зло, т. е., что человѣкъ свои личныя выгоды предпочитаетъ тѣмъ, который долженъ раздѣлить съ другими, и свои прямыя и близкія блага — непрямымъ и отдаленнымъ, какъ замѣчено повсюду, особенно рѣзко проявляются, когда человѣкъ принимаетъ участіе во власти: власть вызываетъ и питаетъ въ немъ эти свойства. Добившись ея, человѣкъ шш сословіе людей, начинаетъ вн- дѣть въ своихъ отдѣльныхъ пнтересахъ, личныхъ или сословныхъ, совершенно иную степень важности. Встрѣчая себѣ ноклоненія отъ другихъ, они и сами ста- новятся самоноЕлонннками, и начинаютъ видѣть въ себѣ значеніе во сто разъ большее, чѣмъ другія лица и другія сословія общества; возмозкность легко приво- дить въ исполненіе свои желапія притуяляетъ въ нихъ способность видѣть по- слѣдствія, даже и въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ дѣло касается ихъ лично. Этимъ и объ- ясняется вообще убѣжденіе, основанное, віірочемъ, на всеобщемъ опытѣ, что власть портить людей. Всякій знаетъ, что было бы безуміемъ предполагать, чтобы част- ный человѣкъ, котораго образъ мыслей и дѣйствій мы знаемъ, прннявъ участіе во власти, остался бы при томъ же образѣ мыслей п дѣйствій: въ частной жизни всѣ слабости человѣческой природы сдерживаются каждымъ изъ окружающихъ его лицъ, каждымъ обстоятельствомъ; напротивъ, при участіи во власти онъ бу- детъ имѣть и обстоятельства и лица въ сдоемъ распоряжепіи. Такимъ же безу- міемъ было бы питать подобныя надежды и на какое нибудь отдѣльное сословіе» будь это демосъ, или другое. Какъ бы это сословіе ни было умѣренно и благора- зумно въ виду сі«іьнѣйшей стихіи, но мы должны ожидать совершенной пере- ыѣны, какъ только ему достанется напболѣе сильная власть. Правительство должно быть таково, каковъ народъ, имъ управляемый, илй какимъ онъ скоро будетъ. На всякой ступени умственнаго развитія, достигнутаго уже обществомъ или его отдѣльнымъ классомъ, или котораго они стремятся до- стигнуть, интересы, которыми они будутъ руководиться, . думая исключительно о своей собственной пользѣ, будутъ почти всегда тѣ, которые напболѣе очевидны съ нерваго взгляда, и которые дѣйствуютъ въ настоящихъ условіяхъ. Только без- корыстная заботливость о нользахъ другихъ, особенно будущихъ поколѣній, о пользахъ страны или всего человѣчества, будетъ ли эта заботливость основана на безсознательномъ или сознательномъ чувствѣ, заставляетъ общество добиваться отдаленныхъ и пока еще скрытыхъ благъ... Можно смѣло разсчитывать на извѣст- ную степень сознанія и безкорыстныхъ стремленій въ обществѣ зрѣломъ для иредставительнаго иравленія, но было бы смѣшно предполагать, чтобы онѣ устояли противъ всякой благовидной лжи, стремящейся, въ образѣ общаго блага и без- условной правды, провести свои сословные интересы. Мы всѣ знаемъ, какіе бла- говидные предлоги можно придумать для прикрытія несправедливости, будто бы необходимой для блага массы. Мы знаемъ, что люди, во всѣхъ другихъ отноше- ніяхъ неглупые и небезчестные, считали извинительнымъ отречься отъ національ- наго долга. Мы знаемъ многихъ, людей съ умомъ и вліяніемъ, которые думаютъ, в что все бремя общественныхъ податей должно лежать на такъ называемой на- личной собственности, т. е. на томъ каппталѣ, который образуется изъ личныхъ сбереженій; мыслители эти нолагаютъ, вѣроятно, что люди, которыхъ отцы и они сами проживали все получаемое ими не должны ничего платить именно за такое прекрасное ловеденіе. Слѣдовательно, въ демократии какъ и въ другихъ формахъ правленія, наи- болыпія опасности кроются въ зловѣщихъ пнтересахъ сословія, держащаго высшую власть; эта опасность состоптъ въ томъ, что законодательство и уиравленіе бу- дутъ стремиться къ осуществленію выгодъ госнодствующаго сословія въ ущербъ 155