b000000586

СТРАНА ЖІІВЪІХЪ КОНТРАСТОВ'!). товы принимать и никогда бы не выпускали. Но и тутъ оказалось огром- ное препятствіе: издержки. Увидѣли, что преступденіе — очень дорогая вещь. „Съ этихъ поръ задача, рѣшенія которой искали, стала представ- ляться съ новой точки зрѣнія. Вмѣсто того, чтобы спрашивать: чтб дѣ- лать съ преступниками, стали спрашивать: нѣтъ-ли какого-нибудь сред- ства пресѣчь преступленія разъ навсегда, нѣтъ-ли средства противъ причинъ того зла, слѣдствія котораго такъ трудно предотвратить? Этимъ уже вышли на настоящую дорогу, и вопросъ не могъ быть ноставленъ лучше. Но, къ несчастію, ошиблись въ этикъ причинахъ, и какъ ошиб- лись! За причину приняли то, что было только слѣдствіемъ. „Рѣшено было, чтобы въ двухъ шагахъ отъ той лачуги, гдѣ дѣти бѣдняковъ отъ крайней нищеты воспитывались въ порокѣ, были устро- ены тюрьмы, въ которыхъ поучали добродѣтели и читали библію извер- гамъ, состарѣвшимся въ преступленіи. Рѣшено было, чтобы, разъ по- павши въ тюрьму, преступники находили въ ней хорошее помѣщеніе, хорошую пищу и вообще были хорошо содержимы за одинъ признакъ раскаянія съ ихъ стороны, и въ то-же самое время честный работникъ, то есть тотъ, кто не считалъ справедливымъ пріобрѣтать себѣ обще- ственное покровительство ударами кинжала, предоставленъ былъ тому-же деспотизму нищеты, во сто разъ болѣе свирѣпому, чѣмъ всякій другой человѣческій деспотизмъ" (т. П, стр. 328 — 331). И вотъ, благодаря этой филантропической щедрости англичанъ, тюрьма, обставленная всѣми удобствами, сдѣлалась лучше мастерской и порокъ болѣе обезпеченнымъ, чѣмъ трудъ. На этомъ и успокоились. Но криминалисты забыли одно маленькое обстоятельство, а именно: они дали все преступнику — и теп- лое жилье, и фуфайки, и табакъ, и кофе, но отняли у него свободу, и система исправленія превратилась въ систему нравственнаго истязанія. Что-же вышло въ результатѣ? Число преступленій не уменьшилось, на- противъ возрасло, жестокость ихъ сдѣлалась грубѣе, и когда явились ночные гарротеры, нагнавшіе ужасъ на общество, оно громко потребо- вало усиленія наказаній, новыхъ висѣлицъ и тюремъ. Состраданіе къ преступнику обратилось въ мѣсть и грозило реакціей въ пользу стараго палача. Между этими-то двумя крайностями вращается вся государ- ственная и общественная мудрость Англіи, и задача попрежнему ос- тается неразрѣпіимой. „Но что-же дѣлать? — спрашиваетъ Луи-Бланъ. Надо или содер- жать преступниковъ или убивать ихъ, или подвергаться опасности са- мимъ быть убитыми, или ссылать ихъ далеко, чтобы отдѣлялъ ихъ отъ пасъ океанъ. „Ссылать! Этого бы и хотѣли. Но куда ссылать? Колоніи ихъ не при- нимаютъ. Можетъ быть, и возможно было бы устроить для нихъ особыя каторжныя колоніи гдѣ нвбудь на краю свѣта, внѣ всякаго соприкосно- 141