b000000586

ГРПГОМЙ ЕВЛАМПІЕВПІЪ БЛАГООВѢТ.ІОВЪ. если бы Писаревъ сдѣлался прелшимъ Писаревымъ ; но если нѣтъ,— то слава Богу. Онъ умеръ уже давно, Еакъ умственный дѣятель, т. е. умеръ въ концѣ нрошлаго года. Я знаю, что эта скверная новость ненріятно отзовется въ вашемъ сердцѣ, какъ она отозва- лась въ моемъ. Но будемъ вѣрить, что люди умираютъ, а идеи, честныя и хорошія идеи, живутъ. Ужасно жалко Писарева!" Но вотъ тѣло Писарева привезено въ Петербургъ и нослѣ нохоронъ Благосвѣтловъ мнѣ нишетъ: „Сегодня похоронили Пи- сарева. Свинцовый гробъ его, около сорока пудовъ, несли до самой могилы верстъ пять молодые люди и даже молодыя дамы помогали. Человѣкъ двѣсти шло за гробомъ и я радо- вался, что кружокъ умныхъ и честныхъ людей понемногу рос- тетъ. При похоронахъ Добролюбова, несмотря на то, что они были въ ноябрѣ, т. е. при полномъ сборѣ людей, понимающихъ его, я видѣлъ не болѣе 50 человѣкъ. Послѣ нѣсколькихъ словъ, сказанныхъ мною надъ могилой Писарева, двѣ дамы, заливаясь слезами, бросились на его могилу и стали цѣловать ее. Я дольше не могъ говорить и самъ заплакалъ". „Сочувствіе къ покойному, — нишетъ мнѣ Благосвѣтловъ въ другомъ письмѣ, — выразилось въ такомъ задушевномъ сожалѣніи, что на похоронахъ Добролюбова, котораго гробъ и я несъ, не было и половины той искренней го- рести, какую я тутъ видѣлъ. Вершками и крупицами, по подро- стаетъ доброе и честное поколѣніе. Это фактъ. Когда я надъ гро- бомъ Писарева сказалъ, что въ казематѣ, среди смрадныхъ стѣнъ крѣпости, въ безвыходномъ уединеніи, онъ проповѣдывалъ свою честную идею, что онъ шелъ прямо, не оглядываясь ни назадъ, ни впередъ, къ своей цѣли, — все, что было на могилѣ, заплакало навзрыдъ... Не Писаревъ нуженъ мнѣ былъ въ эту минуту, а его дѣятельность, его мысль, и это было понято многими. Схоро- нили его близь Добролюбова и Бѣлинскаго; подписка была открыта въ память его для стипендіи, а не памятника — и это гораз- до лучше всякаго мавзолея. И безъ памятника не потеряется его могила, а это все, что и нужно. Собрано было на могилѣ рублей 700 и, авось, цифра достигнетъ того итога, какой нуженъ хоть для уплаты двухъ матрикулъ двумъ бѣднымъ студентамъ". Разрывъ съ Писаревымъ не обошелся Благосвѣтлову легко; внослѣдствіи ему не разъ случалось разрывать съ людьми, но этотъ первый ударъ былъ для него слишкомъ силенъ и неожиданъ, и еще долго отзывался болью въ его душѣ и вызывалъ горькое чув- ство. Почти черезъ годъ послѣ смерти Писарева, Благосвѣтловъ