b000000586

НА ЧТО НАЫЪ НУЖНЫ ЖЕНЩИНЫ? ставить это преимущество. Это совершенно другой вонросъ, и я нисколько не касаюсь развода но отношенію къ праву дальнѣйшаго вступленія въ бракъ. Но я говорю только, что для тѣхъ, кому дозволено одно рабство, свободный выборъ рабства долженъ служить единственнымъ, хотя и со- вершенно недостаточнымъ облегченіемъ. Устраненіе такого выбора окон- чательно уподобляетъ жену невольнику — и притомъ далеко не въ самой кроткой формѣ рабства, такъ-какъ въ нѣкоторыхъ кодексахъ рабъ, при извѣстныхъ обстоятельствахъ дурного обращенія, можетъ легально за- ставить господина продать его. Но въ Англіи никакая мѣра дурного обращенія, безъ уважительнаго резона прелюбодѣянія, не освобождаетъ жену отъ ея мучителя". Если бы это легальное положеніе, такъ вѣрно нарисованное Миллемъ, не смягчалось въ практической жизни англичанъ, далеко опередившей ихъ уродливую казуистику, то семейная жизнь, по остроумному выра- женію ІТонча, была бы настоящей пенитенціарной тюрьмой, гдѣ вѣчно исправляемая женщина была бы самой скучной жертвой своего еще болѣе скучпаго исправителя — мужа. Указывая на единственно- вѣрный путь къ выходу изъ этого обоюдно пенормальнаго положенія, Милль считаетъ равенство половъ первой и необходимый ступенью къ этому выходу. „Равенство супруговъ передъ закономъ есть не только единственная мѣра, которая можетъ согласить подобный союзъ съ справедливостью, по отношенію къ обѣимъ сторонамъ, и вести ихъ къ обоюдному счастью, но это также единственный снособъ сдѣлать обыденную жизнь человѣ- чества школою нравственнаго воспитанія въ высшемъ значеніи этого слова. Только общество между равными можетъ быть питомникомъ дѣй- ствительнаго нравственнаго чувства, хотя бы истина эта и не была во- обще прочувствована и сознана въ интересѣ грядущихъ поколѣній. До сихъ поръ нравственное воспитаніе человѣчества, главнѣйшимъ образомъ, направлялось закономъ силы и приноравливалось къ отношеніямъ, созда- ваемымъ насиліемъ. Въ мало развитомъ обществѣ люди съ трудомъ до- пускаютъ какія-бы то ни было связи съ равными. Быть равнымъ — зна- чить быть врагомъ. Все общество, отъ самого высокаго до самого низ- каго положенія, представляетъ цѣпь или скорѣе лѣстницу, на которой каждое отдѣльное лицо стоитъ выше иди ниже своего ближайшаго со- сѣда, и кто не нриказываетъ, тотъ долженъ повиноваться... Но прика- заніе и новиновеніе — вѣдь это только несчастныя необходимости чело- вѣческой жизни; общество равныхъ — вотъ ея идеалъ. Уже теперь, по мѣрѣ облагороженія жизни, господство и повиновеніе болѣе и болѣе дѣ- лаются исключительными явленіями, тогда какъ ассоціація равныхъ об- ращается въ общее правило. Мораль первыхъ вѣковъ исторіи основы- валась на обязанности подчиняться силѣ; въ послѣдующую затѣмъ эпоху возникло право слабаго на пощаду и защиту сильнаго. Долго-ли еще 83