собственно говоря, получает в месяц не 10 р., как он воображает и как уверяет его хозяин, а всего пять, или даже менее, остальное же все идет вместо процента на уплату его вековечного долга. Между тем очень нередко встречаются и такие расходы, для которых нужны непременно наличные деньги: корова пала, изба протекла, попу надо отдать за требу, лошадь нанять для пашни, печь починить и т. п., —всего этого на книжку не поправят и в магазинах хозяйских не найдут. И вот идет опять рабочий к хозяину и просит выручить из беды, а хозяин, смотря по настроению, или вовсе не даст ничего, или, если даст, то на таких условиях, которые закабалят ему работника еще более. Тут уж рассуждать нечего, деньги нужны дозарезу. А хозяин, с своей стороны, тоже прав: «Деньги мои, —говорит он, —моя воля дать или не дать; он сам напрашивался, я его не принуждал». Иной работник и не согласится сразу: «Нет, мол, не согласен я на таких условиях». —«Ну, подумай, твоя воля, —говорит хозяин, —'Мне ведь все равно, была бы честь предложена, а от убытка бог избавил». Мужик уйдет, подождет немного, подумает, а дня через два опять к хозяину: «Ладно, мол, согласен, давай», —■ говорит он, махнув рукой. «А теперь я не согласен, — отвечает хозяин. —Были тогда деньги —не взял, а теперь, брат, сплыли. Коли хочешь, так вот тебе новые условия»... И хозяин начинает новый разговор. Мужик опять в ноги да в слезы, торг идет долгий, потом сторгуются как-нибудь, получит рабочий деньги, поправит, что надо, а между тем на него еще сильнее наваливается кабала. Таким образом, почти все население находится у хозяина в неоплатном долгу. Долгов этих, с течением времени, накопляется до такой степени много, что они по наследству переходят из поколения в поколение, от отца к детям и внукам, и, таким образом, кабала бывает кровная, наследственная и, так сказать, первородная. За целость своих долгов хозяин особенно не боится; он знает, что рано или поздно они возвратятся, а если и не возвратятся, то во всяком случае он в убытке не будет. Самой верной гарантией долгов крестьянских служат для хозяина их усадебные постройки, их земля, скот и, наконец, их семьи; все это тут же под боком, закреплено на веки вечные и от хозяйского надзора не уйдет. Чего ж ему бояться? Надует один, он на другом наверстает. Случается, что иной работник, позабравшись в долги по уши, сбежит вдруг на другой завод или уйдет на посторонние заработки, —хозяин сейчас же тянет на 7 Семидесятые годы 97
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4