пошло очень хорошо, но потом машины испортились, и вся работа расстроилась до того, что хозяева, потерпев огромные убытки, решились снова взяться за старый, патриархальный іспособ. Машины были заброшены, попрежнему вырыты ямы, и опять полезли в них наши работнички месить своими грешными телесами гнилое болотное месиво. А хозяева скоро должны были согласиться, что эти живые машины невпример удобнее и выгоднее железных: они и дешевле, и послушнее, к —• главное —не требуют за собою никакого ухода. Когда мы, осматривая работы, подходили к одной из ям, там рабочие уже оканчивали свое купанье. Истомленные и иззябшие, выкарабкались они из ямы, и гольем отправились к болотному озеру —мыться. Густо покрытые с ног до головы черною грязью, они издали походили на каких-то патагонцев или жителей Новой Зеландии. У озера они лениво начали соскабливать с себя грязь, затем окунулись раза два в мутную воду, оделись и взялись за лопаты —разрывать новые слои торфа, благо урочное время еще не прошло. Этим и кончается весь процесс умыванья. Насколько оно действительно, особенно в грязной воде, —судите сами. Я нарочно разглядывал их, когда они возвратились после купанья, и нашел, что они не чище прежнего. Рубахи их, насквозь пропитанные торфом, теперь плотно, как короста, прилипали к мокрому телу, а через дырья и прорехи костюма видно было, как по ним струйками стекала та же грязь, с тою только разницей, что она теперь была жидкая, а не густая. Да и на что им мыться-то чаще! Завтра с утра опять ведь придется лезть в ту же яму, размешивать то же месиво. Очевидно, мытье тут делается только для очистки совести, чтоб не в грязи за ужин садиться. Начисто же обмываются торфяники только раз в неделю, в знаменитый день субботний, когда весь наш чернорабочий люд дружно соскребает с себя свои нечистоты. Фабрика, для которой обрабатывается торф, сама усиленно следит и даже настаивает, —дай ей бог здоровья, — чтобы торфяники непременно ходили по субботам в фабричную баню, и денег с них за это не вычитает. А на другом, более отдаленном болоте, где разработка торфа идет шире, и одних рабочих насчитывается до 400 человек, фабрика даже платит соседнему городу особую сумму за бани, с тем, чтобы торфяники ходили в них бесплатно. Только при этих условиях и усилиях торфяник-работник один день в неделю может наслаждаться 70
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4