b000000560

484 А. Н. ПЛЕЩЕЕВЪ. И спящих'ь мы отъ сна разбудішъ, И поведемъ на битву рать. Не сотворишь себѣ кумира Ни на вемлѣ, ни въ небесахъ; За всѣ дары и блата міра Мы не падёмъ предъ нимъ во ирахъ. Провозглашать любви ученье Мы будемъ шгщимъ, богачамъ — И за него снесёмъ юненье, Простпвъ озлобленным!, врагамъ. Блаженъ, кто жизнь въ борьбѣ кровавой, Въ заботахъ тяжкихъ истощилъ; Какъ рабъ лѣнивый и лукавый, Т алантъ свой въ землю не зарылъ! Пусть намъ звѣздою путеводной Святая истина торитъ — И, вѣрьте, голосъ благородный Не даромъ въ мірѣ прозвучитъ. Внемжите-жъ, братья, слову брата, Пока мы полны юныхъ силъ! Вперёдъ, виерёдъ— и безъ возврата, Чтб-бъ рокъ вдали намъ не сулилъ! II. РАЗДУМЬЕ. Дни скорби и тревогъ, дни горькаго сомнѣнья, Тоски болѣзненной и безотрадныхъ думъ, Когда-жъ минуете? Иль тщетно возрожденья Такъ страстно сердце ждётъ, такъ сильно жаждетъ умъ? Не вижу я вокругъ отраднаго разсвѣта! Повсюду ночь да ночь, куда ни бросишь взоръ. Исчезли безъ слѣда мои младыя лѣта, Какъ въ зимнихъ небесахъ сверкнувшій метеоръ. Какъ мало радостей они мнѣ подарили, Какъ скоро свѣтлыя разсѣялись мечты: Морозы ранніе безжалостно нобпли Безпечной юности любимые цвѣты. И чистыхъ помысловъ, и жаркихъ упованій На жизненномъ пути растратилъ много я; Но средь неравныхъ битвь, средь тяжкихъ испы- таній Что жъ обрѣла, въ замѣнъ всѣхъ грёзъ, душа моя? Увы! лишь жалкое въ себѣ разувѣренье Да убѣжденіе въ безилодности борьбы, Да мысль, что ни одно правдивое стремленье Ждать не должно себѣ пощады отъ судьбы. И даже ты моимъ призывамъ измѣнила, Друзей свободная и шумная семья! Привѣта братскаго живительная сила Мнѣ не вручаетъ духъ въ тревогахъ бытія. Но пусть ничѣмъ душа больная не согрѣта, А съ жизнью всё-таки разстаться было-бъ жаль, И, хоть не вижу я отраднаго разсвѣта. Ещё невольно взоръ съ надеждой смотритъ въ даль- III. ОТЧИЗНА. Природа скудная родимой стороны! Ты дорога душѣ моей печальной; Когда-то въ дни моей промчавшейся весны Манилъ меня чужбины берегъ дальной. И пылкая мечта, бывало, предо мной Рисуетъ всё блестящія картины; Я вижу сводъ небесъ прозрачно-голубой, Громадныхъ горъ зубчатыя вершины. Облиты золотомъ нолуденныхъ лучей, Казалось, миртъ, платаны и оливы Зовутъ меня нодъ сѣнь раскидистыхъ вѣтвей И розы мнѣ киваютъ молчаливо... То были дни, когда о цѣлн бытія Мой духъ, среди житейскихъ обольщеній. Ещё не номышлялъ и— легкомысленъ— я Лишь требовалъ у жизни наслажденій. Но быстро та пора исчезла безъ слѣда— И скорбь меня нежданно посѣтила, И многое, чему душа была чужда, Вдругъ стало ей и дорого, и мило. Покинулъ я тогда завѣтную мечту О сторонѣ "волшебной и далёкой — И въ родинѣ моей узрѣлъ я красоту. Незримую для суетнаго ока. Поля пзрытыя, колосья желтыхъ ннвъ, Просторъ степей безмолвно-величавый. Весеннею порой широкихъ рѣкъ разливъ. Таинственно-шумящія дубравы.