b000000560

298 Э. И. ГУБЕРЪ. Н. И. Гречъ. Это послѣднее обстоятельство сбли- зило Губера съ журналистомъ, пользовавшимся тогда большою извѣстностью въ литературномъ мірѣ, и сдѣлало его иостояннымъ посѣтителешъ вечеровь Николая Ивановича, на которые соби- рался весь цвѣтъ петербургской литературы три- дцатыхъ и сороковыхъ годовъ. Продолжая иосѣ- щать четверги Греча, Губеръ дѣлилъ всё осталь- ное время между службою и чтеніемъ нѣмецкихъ философовъ, пзученіемъ „Фауста" Гёте и дерево- домъ отрывковъ изъ этой знаменитой трагедіи. Въ исходѣ 1835 года первая часть „Фауста" была окончена, представлена въ цензуру и запрещена ею — и Губеръ, въ досадѣ, изорвалъ рукопись, плодъ пятплѣтняго упорнаго труда. А. О. Пуш- кинъ, узнавъ объ этомъ иечальномъ событіи, по- сѣтилъ убитаго горемъ иоэта, съ которымъ до того времени никогда не встрѣчался, ободрплъ его своимъ искреншшъ участіемъ и кончилъ тѣмъ что убѣдилъ его приняться вторично за переводѵ „Фауста". Приведённый въ восторгъ внпманіемъ къ нему велнчайшаго изъ поэтовъ, Губеръ вскорѣ принялся снова за иереводъ знаменитой трагедіи, и, желая выразить свою, любовь и уваженіе къ великому поэту — исполненіемъ его желанія, не иначе являлся къ нему, до самой его смерти, какъ съ отрывкомъ изъ новаго перевода. Но, прежде чѣмъ новый иереводъ был ь оконченъ, Пушкина не стало — и скорбь Губера, живо почувствовав- шаго всю глубину потери, понесённой Россіею, вылилась въ стихотвореніи, начинающемся такъ: Я видѣлъ гробъ его печальный, Я видѣлъ въ гробѣ блѣдный ликъ — И въ тишииѣ, съ слезой прощальной, Главой на трупъ его поникъ. Но пусть вадъ лирою безгласной Порвётся тщетная струна, И не сиутитъ тоской напрасной Его торжественнаго сна. Когда эти стихи, облетѣвшіе мгновенно весь Петербурга, были доведены до свѣдѣнія главно- управляющаго путями сообщенія, графа Толя, то онъ призвалъ къ себѣ Губера, обошелся съ нимъ весьма любезно и объявилъ, что „ему очень прі- ятно имѣть въ числѣ своихъ подчинённыхъ такого даровитаго человѣка". Начиная съ 1838 года, Гу- беръ сталъ сотрудничать въ „Современник'!;" и „Литературныхъ Прибавленіяхъ къ Русскому Ин- валиду", и напечаталъ въ сборникѣ Кукольника „Новогоднпкъ на 1838 годъ" первую главу своей оригинальной поэмы „Антоній", въ которой многіе видятъ автобіографію поэта. Въ 1839 году онъ оставилъ инженерную службу съ чиномъ капи- тана и опредѣлился въ гражданскую — въ канце- лярію графа Клейнмихеля, преемника графа Толя. Въ 1840 году Губеръ сошелся съ Сенковскимъ, редакторомъ „Библіотеки для Чтенія", и принялъ на себя постоянное сотрудничество въ журналѣ, но отдѣлу критики, за чтб издатель Смирдинъ обязался выплачивать ему по 6000 рублей ассиг- націями въ годъ и по 200 рублей за печатный листъ. Весной 1842 года онъ вовсе оставплъ службу и провёлъ слѣдующее лѣто въ орловскомъ имѣніи одного изъ своихъ пріятелеи. По возвращеніи въ Петербургъ, онъ сталъ вести жизнь свѣтскую — разсѣянную: посѣщалъ аристократическіе салоны, публичные балы и маскарады, и ироводилъ ночи въ кругу весёлыхъ товарищей, чѣмъ окончательно разстроилъ своё, и безъ того хилое, здоровье. Въ 1845 году Губеръ издалъ собраніе своихъ стихо- твореній, встрѣченное почти всѣми журналами весьма благосклонно. Одинъ только Бѣлинскіи отозвался о нихъ холодно. „Въ его стихотворе- ніяхъ", писалъ онъ: „мы увидѣли хорошій, обра- ботанный стихъ, много чувства, ещё болѣе непод- дѣльной грусти и меланхоліи, умъ и образован- ность, но, признаёмся, очень мало заыѣтили поэ- тическаго таланта, чтобъ не сказать — совсѣмъ не замѣтили его". Въ исходѣ 1846 года, Губеръ снова продолжалъ своё сотрудничество у Сенков- скаго, на выгодныхъ для него условіяхъ, а съ 1847 года принялъ участіе въ „С.-Петербургскихъ Вѣдомостяхъ". Но оба эти сотрудничества длились не долго: 28-го марта 1847 года было написано Губеромъ послѣднее его стихотвореніе „АѵеМагіа", а 11-го апрѣля поэта уже не было на свѣтѣ. Окру- женный друзьями, онъ тихо угасъ, послѣ няти- дневныхъ страданій. Тѣло Губера похоронено на Волковомъ кладбищѣ, въ Петербургѣ. „Сочиненія Э. И. Губера" были изданы въ 1860 году, въ трёхъ томахъ, г. Тихменевымъ. ■] р •/<> С? »< С/ ріС*-і^ л л I. ПАМЯТИ ПУШКИНА. Когда меня на нодвигъ трудный Ты, улыбаясь, вызывалъ, Я вѣрнлъ силѣ бевразсудной И трудъ могучій обѣщалъ.