b000000560

260 Е. А. БАРАТЫНСК1Й. V. ИСТИНА. О счастіи съ младенчества тоскуя, Всё счастьемъ бѣденъ я! Или вовѣкъ его не обрѣту я Въ пустынѣ бытія? Младые сны отъ сердца отлетѣли; Не узнаю я свѣтъ: Надеждъ своихъ лииіенъ я прежней: цѣли, А новой цѣли нѣхъ. „Безуменъ ты и всѣ твои желанья!" Мнѣ тайный голосъ рекъ — И лучшія мечты моей созданья Отвергнулъ я навѣкъ. Но для чего души разувѣренье Свершилось не внолнѣ? О юныхъ снахъ слѣпое сожалѣнье Зачѣмъ живётъ во мнѣ? Такъ нѣкогда обдумывалъ съ ронтаиьемъ Я жребій тяжкій свой: Вдругъ истину — то не было мечтаньемъ — Узрѣлъ иередъ собой. „Свѣтильннкъ мой укажетъ путь ко счастью!" Вѣщала: „Захочу — И страстнаго отрадному безстрастью Тебя я научу. „Пускай со мной ты сердца жаръ погубишь; Пускай, узнавъ людей, Ты, можетъ-быть, испуганный, разлюбишь И блпжнихъ, и друзей. „Я бытія всѣ прелести разрушу, Но умъ наставлю твой; Я оболью суровымъ хладомъ душу, Но дамъ душѣ покой." Я треиеталъ, словамъ ея внимая, И горестно въ отвѣтъ Промолвилъ ей; „О, гостья неземная, Печаленъ твой иривѣтъ! „Свѣтильникъ твой — свЬтильнпкъ погребальный Всѣхъ радостей земныхъ! Твой миръ — увы! — могилы миръ печальный И страпгеит, для жпвыхъ! „Нѣтъ, я не твой; въ твоей наукѣ строгой Я счастья не найду! Покинь меня: кой-какъ . моей дорогой Одинъ я побреду. „Прости! иль нѣтъ: когда моё свѣтнло Во звѣздной вышинѣ Начнётъ блѣднѣть и всё, чтб сердцу мило. Забыть придётся мнѣ — „Явись тогда! раскрой тогда мнѣ очи. Мой разумъ просвѣти, Чтобъ, жизнь презрѣвъ, я могъ въ обитель ночи Безропотно сойти!" VI. НА СМЕРТЬ ГЕТЕ. Предстала — и старецъ великій смежплъ Ор.тиныя очи въ покоѣ, Почилъ безмятежно, зане совершилъ Въ предѣлѣ земномъ всё земное. Надъ дивной могилой не плачь, не жалѣй. Что генія черепъ — наслѣдье червей. Погасъ; но ничто не оставлено имъ Подъ солнцемъ живымъ безъ ирпвѣта; На всё отозвался онъ сердцемъ своимъ, Что просить у сердца отвѣта: Крылатою мыслью онъ міръ облетѣлъ, Въ одномъ безлредѣльномъ нашелъ ей предѣлъ. Всё духь въ нёмъ питало: труды мудрецовъ, Искусствъ вдохновеиныхъ созданья. Преданья, завѣты минувшихъ вѣковъ, Цвѣтущнхъ времёнъ упованья. Мечтою по волѣ проникнуть онъ могъ И въ нищую хату, п въ царскій чертогь. Съ природой одною онъ жизнью дышалъ; Ручья разумѣлъ лепетанье, И говоръ древесныхъ лпстовъ понималъ, И чувствовалъ травъ прозябанье; Была ему звѣздная кнпга ясна, И съ нимъ говорила морская волна. Извѣданъ, испытанъ имъ весь человѣкъ! И ежели жизнью земною Творецъ ограничилъ летучій нашъ вѣкъ И насъ за могильной доскою. За міромъ явленій, не ждёть ничего: Творца оиравдаетъ могила его.