b000000560

К. Ѳ. РЫЛѢЕВЪ. 185 были встрѣчены публикой съ восторгомъ и рас- куплены въ самое короткое времи, такъ-что къ концу года надо было приступить къ новому из- данію, которое, однако, по измѣнивпшмся обстоя- тельствамъ, не могло состояться. Послѣдшши стіі- хотвореніями, нанечатаннымп Рылѣевымъ, были слѣдующія; „Смерть чиглринскаго старосты", „Стансы", „Кіевъ", „Исповѣдь Наливайкп" („По- лярная Звѣзда"), „Гайдамакъ", („Соревнователь Просвѣщенья"), „Палѣй' - и „В. Н. Столыпиной" („Сѣверная Пчела"). Всѣ эти стихотворенія, за псключеніемъ стансовъ и посланія къ Столыпи- ной, были отрывками изь двухъ задуманныхъ имъ незадолго до катастрофы и неоконченныхъ по- эмъ: „Наливайко" и другой, названья которой не сохранилось, но которая, судя по нѣкоторымъ даннымъ, должна была назваться „Мазепа". Остальныя стихотворенія Рылѣева, непопавшія вь печать при жизни поэта, были собраны г. Ефре- мовымъ и отпечатаны въ изданныхъ имъ въ 1872 году „Сочшіеніяхъ Рылѣева". Лучшія пзъ этихъ стпхотвореній: „Граждаппнъ" и „Гражданское мужество". Рылѣевъ не быль первокласнымъ поэтомъ: онъ былъ только иоэтомъ-гражданиномъ. Въ своё вре- мя онъ пользовался громкою славой и имѣлъ мно- жество почитателей, которые ревностно распро- страняли его произведенія ещё въ рукописи. Единственною мыслью, руководившею его перомъ, постоянной его идеей — было желаніе пробудить въ сердцахъ своихъ соотечественниковъ чувство любви къ родинѣ. Въ этомъ отношеніп особенно замѣчательны „Думы", въ которыхъ господствуетъ иатріотпческій романтизмъ и о которыхъ ещё не- давно было сказано въ одномъ журналѣ, что и теперь многія изъ нихъ могли бы имѣтъ благо- родное воспитательное значеніе для юношества, возбуждая въ нёмъ патріотическія чувства, лю- бовь къ отечеству и къ славнымъ дѣяніямъ пред- ковъ, такъ какъ лучшіе люди нашей старпны, прославленные исторіей, нашли въ Рылѣевѣ сво- его вдохновеннаго пѣвца. Хотя при настоящемъ состояніи нашей литературы, „Думы" Рылѣева не могутъ имѣть другого значенія, кромѣ воспита- тельно-патріотпческаго, въ смыслѣ чтенія для учащагося юношества, тѣмъ не менѣе многія изъ нихъ хранятъ на себѣ печать пстиннаго таланта, и отличаются такимъ стихомъ, который сдѣлалъ бы честь современнымъ ноэтамъ. Поэма Рылѣе- ва „Войнаровскій" также очень нравилась чи- тающей публпкѣ, благодаря своей патріотиче- ской иодкладкѣ и блестящему стиху. Были и такіе, которые старались доказать печатно, что поэма Рылѣева „стоитъ выше всѣхъ поэмъ Пуш- кина, оригинальнаго только въ „Цыганахъ"; но этому и въ то время вѣрили только самые вос- торженные почитатели злополучнаго поэта. Но если Рылѣевъ не былъ талантомъ первой вели- чины, то во всякомъ случаѣ, его мѣсто около Пуш- кина, среди лучшихъ членовь его школы. Самъ Пушкннъ, повидимому, не былъ очень высокаго мнѣнія о стихахъ Рылѣева, какъ это видно изъ отрывочныхъ отзывовъ,разбросанныхъ въ его пись- махъ; тѣмъ не менѣе, онъ находилъ нхъ выходя- щими пзъ обыкновеннаго уровня. Если сравнить лучшія патріотическія стихотворенія Рылѣева съ такими же произведеніямн поэтовъ пушкинской плеяды, то, конечно, перевѣсъ окажется на сто- ронѣ перваго. Полное собраніе сочиненій Рылѣева издано г. Ефремовымъ, нодъ слѣдующимъ заглавіемъ; „Со- чиненія и переписка Кондратія Ѳёдоровича Ры- лѣева. Изданіе его дочери. Подъ ред. П. А. Ефре- мова. Спб. 1872". I. ВИДѢНІЕ. Ода въ день тезоименитства его имиераторскаго высоче- ства великаго князя Александра Николаевича, 30-го ав- густа 1823 года. Какое дивное видѣнье Очамъ представилось моимъ! Я вижу въ сладкомъ упоеньи; Подъ сводомъ неба голубымъ, Надъ пробуждённымъ Петроградомъ Екатерины тѣнь наритъ: Кого-то ищетъ жаднымъ взглядомъ. Чело величіемъ горитъ. Но вотъ съ устенъ царицы мудрой, Какъ лучъ, улыбка сорвалась; Предъ нею отрокъ златокудрой, Средь сонма вонновъ рѣзвясь. То въ длани тяжкій мечъ нріемлетъ. То бранный шдемъ берётъ у нихъ. То, трепеща, въ восторгѣ внемлетъ Разсказамъ вонновъ сѣдыхъ. Румянцовъ, Миннхъ и Суворовъ Волнуютъ въ нёмъ и кровь, и умъ — И искрится изъ юныхъ взоровъ