37 Кроме исторических сведений о памятнике, кроме отметки различных этапов его жизни (например, реставрация, перекладка на другой фон, утрата жемчуга, выцветание материи и т. д.), записи эти дают нам ценные указания даже по вопросам чисто стилистическим. Читая их, мы можем проникнуть в восприятие и представление памятников их современниками, которые жили в эпоху, близкую к созданию его, и находились в той художественной среде и на том художественном уровне, для которого и предназначалось данное художественное произведение. И мы можем видеть то, что современник видел, ценил и считал важным отметить. Возьмем для примера хотя бы вопрос колорита, имеющий для историка искусства столь важное значение. Раскроем ризную опись 1642 г. хотя бы Троицкой лавры (еще не изданную), прочтем только перечень цветов тканей, служивших фонами, и мы увидим там не только любовь к радостным, интенсивно-ярким краскам, ие только определенный вкус, что мы можем видеть и на сохранившихся памятниках, мы получим не только новые термины для обозначения цветов, но и такое богатство их, какого далеко не имеет современный человек. Изучая с этой стороны старинные записи и описи монастырей и др., мы видим, что в старину для красного, видимо, наиболее любимого цвета, как можно судить по частому упоминанию его, существовал длинный ряд терминов, отличающий мельчайшие его оттенки. Тут есть и красный, и алый, и багровый, и червчатый, и кармазинный, и малиновый, и смородиновый, и брусничный, и маковый, и кирпичный, и вишневый, да еще и тьмо и светло. Мы видим, что в старину существовали такие цвета, как красно-вишневый и красно-багровый, что цвета соломенный и лимонный различались совершенно ясно, а разные термины для оранжевого цвета, как-то: огненный, жаркий и рудо-желтый указывают на различное восприятие этих, в сущности, довольно близких тонов 14 ). И эту многозвучную гамму тонов и цветов видел не только художник, поставленный жизнью в мир красок и созвучий. Эти цвета и оттенки видел скромный писец, видел и умел называть их. Значит, для него восприятия и проникновения в тонкие красочные колебания были обычными, и значит художник рос и воспитывался в этой среде, чуткой к краске. Отсюда, может быть, те изощренные и вместе с тем чутко-смелые колористы, которые дали такие памят-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4