b000000551

— 59 — манѣ. Вѣтеръ на этотъ разъ бы.іъ попутный, и мы пошли узловъ по осьми. Оконечность мыса и противо- положный ему берегъ принимали все болѣе и болѣе ясную форму. Показался и камень, означенный на картѣ вправо отъ мыса. Вечерѣло; небо заволакивалось облаками, сталъ дождь накрапывать, и туманъ вмѣстѣ съ сумракомъ наступаю- щей ночи окутывали непроницаемымъ нокровомъ прибли- жавшіеся къ намъ желанные берега. Или противное бере- говое теченіе, или прежнее, неуспокоившееся волненіе, райбивалось о напираемыя вѣтромъ волны, и каждый ударъ производилъ миріады фосфорическихъ искръ и брызгъ. Съ разведенными парами, прикрытые темнотою ночи, вползли мы тихо въ Фальшивую губу (Раізе-Ьау). Огонь маяка, на который мы должны были идти, терялся въ искрахъ фосфоризаціи; дождь не переставалъ, вѣтеръ становился все свѣжѣе и свѣжѣе; наконецъ бросили якорь, на глубинѣ 27 саженей, и ждали разсвѣта. Проснувшись на другой день, я увидѣлъ уже не море, вѣчное море, но скалистые склоны береговъ, песчаныя прибрежья, рядъ бѣленькихъ домиковъ, едва видимыхъ изъ-за темной сѣти мачтъ и снастей стоявшихъ на рейдѣ су- довъ. Въ числѣ ихъ были: фрегатъ Аскольдя. два кли- пера и корветъ Повит; всѣ они стояли со спущенными стеньгами и, казалось, давно поджидали насъ. Мы стали вновь на якорь, ближе всѣхъ къ берегу. Первый день былъ днемъ встрѣчъ, новостей, разсказовъ, — однимъ сло- вомъ, самый живой день. Сейчасъ же передали намъ цѣ- лую пачку писемъ, и извѣстія о родныхъ и близкихъ съ бодыпимъ удовольствіемъ заѣдали мы сочнымъ аромати- ческимъ виноградомъ, привезеннымъ на клинеръ какими то двумя коричневыми людьми съ красными платками наголовѣ и въ пестрыхъ курткахъ. Ихъ маленькая лодка, держав- шаяся у лѣваго трапа, почти вся была завалена плодами.