b000000551

— 555 — кудесъ, съ отбитою рукою, выглядывалъ изъ-за воротъ, на столбахъ которыхъ лежали голубые львы; три граціи мокли у фонтана, на которомъ безхвостый Тритонъ лилъ изъ раковины воду; изъ музъ сдѣлали цѣлую аллею, заклю- чивъ ее двумя высокими обелисками, основаніе которыхъ утверждено на четырехъ шарахъ. Почти каждый домъ и каждая улица, до самаго Ботофого , какъ будто желали превзойти другъ друга отсутствіемъ всякаго вкуса. И это въ виду такой мѣстности, среди такой природы!.. Гдѣ же ея вліяніе на человѣка!?.. Какую чудную декорацію со- ставляли горы и холмы, возвышавшіеся надъ домами; сколько разнообразія въ зелени, капризно убравшей усту- пы и неровности утесовъ! Какъ величественъ видъ Кар- ковадо, выказывающаго свою остроконечную верхушку, когда близлежащіе холмы раздвинутся живописною доли- ной! Надъ домами съ нелѣпыми украшеніями возвышаются живописные утесы, то покрытые зеленью и увѣнчанные густою рощею, то выступающіе голыми обрывами, кото- рые испещрены слѣдами избороздившихъ ихъ потоковъ. Но вотъ передъ нами неподвиашое, мертвое озеро; со всѣхъ сторонъ составили его разнообразный гранитныя скалы, убранныя по округлостямъ кудрявою зеленью; ко- нусъ Сахарной Головы возвышается надъ деревьями, рису- ясь своею оригинальною фигурою; только одна темная трещина нарушаетъ однообразіе его гранита. Вдоль бере- га, полукругомъ, расположились между красивою зеленью дома и мѣстечки; за ними тянутся холмы, покрытые лѣ- сами; далѣе пикъ Карковадо, и опять лѣса, поднимаю- щіеся до самой вершины горъ, идущихъ въ даль. «Это Ботофого, » говоритъ, полуобращаясь къ намъ, бразилецъ- кучеръ, останавливая своихъ муловъ. Видъ дѣйствительно былъ превосходный, и если бы Ботофого былъ въ Греціи или въ Италіи, сколько бы стиховъ написано было въ похвалу его! Въ сторонѣ отъ мѣстечка виднѣлось боль-