b000000551

- 501 — аынистированныхъ къ Росасу, пытали ихъ , и ыногихъ, въ числѣ Еоторыхъ были и французы, казнили. Можно найти имена этихъ несчастныхъ въ аргентинскихъ жур- налахъ. Уніонисты, несмотря на измѣну союзниковъ, не успо- коиваются. Лаваль и Ривера набираютъ новую нартію въ Монтевидео, преимущественно изъ лицъ, бывшихъ про- тивъ президента Орибе, друга Росаса, и торжественно объявляютъ, что договоръ, заключенный адмираломъ Мако, недѣйствителенъ. «Измѣна, своеволіе и глупость написаны у фрапцузскаго адмирала на лбу. И кто далъ Франціи право, во имя уніонистовъ и Уругая, не спрашиваясь у нихъ, заключать съ Росасомъ союзы? Они думаютъ тамъ у себя, въ Парижѣ, что гаучо Росасъ дѣйствительно допус- титъ амнистію? Никогда!» И такъ вышло надѣлѣ. Трак- тата остался мертвою буквой, хотя Гизо и говорилъ съ трибуны, что дикіе народы Лаплаты не заслуживаюсь лучшаго управленія, чѣмъ управленіе Росаса. Аргентинцы и оріенты, какъ вообще называются жители Восточной Банды (Уругая), одни, безъ всякой помощи, продолжали упорную войну съ Росасомъ. 19-го сентября 1841 года Лаваль былъ разбитъ въ долинѣ Фамалла; 8-го октября храбрый защитникъ уніонистовъ былъ убитъ, и Росасъ безъ труда разбилъ войско , оставшееся безъ вождя. Окончательное истребленіе уніонистовъ ведено было съ нйістойчивою кровожадностію, на которую былъ способенъ только Росасъ. Все, что избѣя:ало его мести, искало спа- сепія въ бѣгствѣ за Кордильеры, въ Чили и другія мѣста. Немногіе отдѣлались счастливо: большую часть сразилъ холодъ и голодъ на высотѣ снѣжныхъ вершинъ Кордильеръ. Для оставшихся въ республикѣ противниковъ диктатора наступило страшное время. Если все правда, что разска- зываютъ путешественники и аргентинскіе писатели, то