b000000551

— 457 — во время первыхъ миссіонеровъ. И теперь на немъ есть нѣсіюлько школъ, церквей, разбросанныхъ тамъ и сямъ, и бумагопрядильное производство. Рѣдко случалось мнѣ видѣть болѣе разнообразныя фор- мы горъ и возвышеній, какъ тѣ, какія представляетъ Эймео; подходишь точно къ сказочному городу, гдѣ живутъ ска- зочные великаны; одна скала вытянулась кверху, какъ СтрасбургсЕІй соборъ, или Сухарева башня, другія вышли куполами, колоколами; а тамъ скала протянулась отвѣс- ною высокою стѣной. Къ морю, всѣ эти каменныя гро- мады одѣлись въ густой, непроницаемый коверъ зелени, выходя къ водѣ такою же живописною и разнообразною каймой, какъ на Таити. Бухта глубока, и можно принять ее за широкую рѣку, впадающую въ море; въ глубинѣ ея дѣйствительно вливается рѣка, протекающая сначала по живописной долинѣ, окаймленной сзади скалами, кото- рыя даютъ всему острову такой разнообразный видъ. По сторонамъ бухты — горы и скалы и все уравнивающая и украшающая зелень, подступившая подъ самыя вершины и ниспадающая къ морю своими густыми, кудреватыми волнами. Характеръ лѣса тотъ же, что на Таити. По тро- пинкамъ, идущимъ по берегу, мѣстаз! і^азбр о сались хи- жины; мѣстами роща пальмъ отдѣЖярсГ "своими стволами и листьями отъ темной зелеии^апеяьсиновыхъ деревьевъ; тѣ же исполинскіе ви съ своими высокими корнями, тѣ же гуавы/ желѣзное дерево, розовое и тысяча другихъ породъ, перемѣшанныхъ между «Ьобою вѣтвями и листьями. Глубокая бухта у береговъ оканчивается отмелью, покры- тою древовидными кораллами. Мы провели на Эймео двое сутокъ, цѣлый день гуляя по лѣсамъ и красивьшъ бухтамъ, каждый вечеръ и ночь просиживая почти до утра на зеленой травѣ, въ виду