b000000551

атмосферу; все какъ-то напоминаетъ наши яшдовскіе го- родки. Но море, вливающееся черезъ камни и скалы, образующіе родъ нрироднаго бастіона, затишье залива, къ которому стѣснились домики, амфитеатромъ подни- маясь по склону зеленаго холма, мысъ бігао сзади, сбоку горы, растительность юга и южное солнце — всего этого достаточно, чтобы грязное мѣстечко превратить въ одинъ изъ самыхъ граціозныхъ уголковъ острова. Въ этотъ день мы обѣдали у нашего консула, г. Берн- са. У пего, между прочимъ, лучшій винный погребъ въ Фупчалѣ, и онъ откупорилъ памъ подъ конецъ обѣда, съ торжественностью, приличною случаю, бутылку шестиде- сятилѣтней мадеры. Съ нріятнымъ звукомъ покинула свое шестидесятилѣтнее мѣсто пробка, блеснувъ образовавши- мися на внутренней сторонѣ кристаллами. Сильный аро- матъ сначала какъ-то странно поразилъ обоняніе; букетъ былъ не тотъ, къ которому мы привыкли, другой былъ и вкусъ: вкуса нашей мадеры не было и тѣни. Вечеромъ, вмѣстѣ съ семействомъ г. Бернса, отправились мы на балъ къ прусскому консулу, въ слѣдующемъ порядкѣ: впе- реди, въ возкѣ т полозьяжд, запряженномъ двумя волами, ѣхала мадамъ Бернсъ съ дочерью въ бальномъ костюмѣ. Мы, еп §гапсІе Іепие, шли сзади. На Мадерѣ до сихъ поръ неизвѣстно унотреблеше колесъ! Это изобрѣтеніе почему-то еще не доплыло сюда; на лошадяхъ ѣздятъ здѣсь только верхомъ. При видѣ здѣшпихъ экипажей, одинъ изъ пашихъ матросовъ пришелъ въ справедливое негодованіе. «У насъ, говорилъ онъ, простая дѣвка сраму одного не возьметъ на себя, чтобы среди бѣлаго дня ѣхать на полозьяхъ лѣтомъ, да еще на волахъ, а тутъ и госпо- да не стыдятся!» Стыдилась или нѣтъ мадамъ Бернсъ, медленно подви- гаясь на балъ, — не знаю; но всю дорогу (довольно длин- ную) она очень любезно бесѣдовала съ нами. Чтобы же-