b000000551

— 333 — сердце Японіи, этотъ народъ глядѣлъ на насъ враждебно, и Еамни, летавшіе мимо насъ, не были уже шалостію уличныхъ мальчишекъ. Ускореннымъ шагомъ шли мы, стараясь показать полное равнодушіе, хотя полнаго равно- душія быть не могло, когда то въ спину, то въ ногу стук- нетъ. Е. и Б. рѣшительно разсердились. «Ну, ужь про- гулка! нѣтъ, ужь больше сюда ни ногой!». — «Господа, утѣшалъ я, послѣ будете вспоминать съ удовольствіемъ, вѣдь это...» Опять камень, чортъ возьми, и больно! Но я продолжаю: «Вѣдь это такой эпизодъ изъ жизни тури- ста, за который другой дорого бы далъ; легко сказать: быть нобитымъ камнями! Путешественникамъ, въ паше время, въ Европѣ...» «Еще камень!» прерывалъ меня кто-нибудь изъ моихъ спутниковъ: .«чортъ съ ними, съ этими эпизодами... Идемъ скорѣе!» Я храбрился только для виду, потому что за всѣ бросаемые камни товарищи обращались ко мпѣ, какъ будто я бросалъ ихъ: «Ыѣтъ, ужъ съ вами больше не пойдемъ!» говорили они. Сцена была траги-комическая. Съ смиреннымъ духомъ и уско- реннымъ шагомъ, пробирались мы но набередшой, какъ будто подъ выстрѣлами. «Вѣдь въ Севастополѣ намъ съ вами случалось не разъ находиться въ такомъ положеніи, и еще гораздо хуже: представьте, что камни — пули, » утѣ- шалъ я своихъ товарищей. Еончился княжескій кварталъ, кончились и камни. Мы вздохнули свободно, добравшись до знакомаго трактира на большой улицѣ, въ которомъ обѣдали въ первую нашу прогулку. Тутъ уже на.съ приняли какъ друзей; молодень- кія мусуме, одна передъ другой, старались услужить намъ; омыли наши ноги, дали шримнсовъ, а Е. примирился и съ Эддо, и съ камнями. Что эти кам-ни не были шалостью уличныхъ мальчи- шекъ, подтвердили послѣ чиновники. На наши слова, что если это еще повторится, то могутъ быть очень серьезный