b000000551

— 10 — новыхъ силъ и здоровья. Въ другомъ мѣстѣ, охотники просвѣщаться собрались въ кучу около читающаго сказку Про Ѳому и Ерему, кто чинитъ саноги или платье; на всемъ и на всѣхъ печать удовольствія, мира и тишины... А вчера сколько было физическихъ "усилій, сколько пота, выступавшаго на лбу, несмотря на холодъ, вѣтеръ и брыз- ги холодной и соленой воды, несмотря на души, обдаю- щія съ ногъ до головы. И все это отдохнуло отъ одного теплаго, ласкающаго луча солнца! Вмѣстѣ съ уменьше- ніемъ граду совъ широты, съ каждымъ днемъ становилось теплѣе и теплѣе, сѣрое небо стало проясниваться чаще, и море, казалось, становилось лазурнѣе и голубѣе. Доль- ше засиживались мы по вечерамъ наверху, любуясь за- ходящимъ солнцемъ; для насъ какъ-будто наступала ве- сна... Но мы простились съ ней надолго; ея нигдѣ не увидишь на югѣ, гдѣ весны нѣтъ. 14-го декабря мы были подъ 36° сѣв. шир.; море штилѣло; въ воздухѣ было тепло, даже жарко. «Въ Шербургѣ теперь грязь, слякоть, дождь», говорили мы, наслаждаясь пріятпою теплотой. Шер- бургъ былъ послѣднею точкой нашею на землѣ, и потому, вѣроятно, многія воспоминанія относились къ нему. Мы развели пары; на другой день прекратили ихъ и наконецъ дождались вѣтра. 16 декабря, къ ночи, стали налетать порывы съ дождемъ. Къ утру вѣтеръ установился; мы пошли по восьми узловъ, и къ полдню увидали впереди, среди массы облаковъ, очертанія берега; но только опыт- ный глазъ могъ отличить сѣровато-голубой островъ отъ облака. Къ четыремъ часамъ я едва различалъ контуры исполинскаго продолговатаго холма, съ линіями возвыше- ній, разнообразными и граціозными. Облака лѣпились по челамъ горъ; лѣвая часть горы совершенно сливалась съ сѣро-лиловатою тучей; справа можно было уже разглядѣть скалистые берега. Даль моря пропадала въ какой-то не- ясной линіи, служащей границею и водѣ, и острову; въ