b000000551

— 211 — вѣроятно слышно было за версту. К. полѣзъ къ С. подъ подушку за нистолетомъ; С., принявъ его за китайца, схватилъ его и готовъ былъ вступить въ единоборство. Вся эта сцена оставалась неразгаданною, пока не принесли фонарь; тогда все объяснилось; тѣни исчезли, хотя еще долго искали ихъ по канавамъ. Попадись въ эту минуту какой-нибудь невинный китаецъ, его бы навѣрное подстрѣ- лили. Такъ расходилось воинственное расположеніе духа въ пробужденномъ отъ сна ополченіи; и долго еще мы не могли уснуть, смѣясь надъ храбростію другъ друга. Не- смотря на то, что нѣкоторые изъ насъ были севастопольскіе герои, мы разыграли сцену сорока жидовъ, испугавшихся одного цыгана. Между тѣмъ, стали показываться послѣдствія сильныхъ жаровъ и работъ въ докѣ: лихорадки и диссентеріи. Мы платили обычную дань климату, и хорошо, что расплати- лись дешево; ни одинъ у насъ не умеръ. Заболѣлъ и я; утомительны и тяжелы были лѣтніе дни. Меньше 25 градусовъ въ тѣни Реомюръ не показывалъ, а выйдешь на солнце, не смотря на зонтикъ, вѣеръ и другія предо- хранительныя средства, точно огнемъпалитъ. Бритыяголовы китайцевъ привыкли къ этому солнцу, однако и изъ нихъ не было ни одного, который бы не имѣлъ вѣера. Вѣера дѣлаются изъ листа латаніи (Іаіапіа сЬіпепзіз), которому сама природа дала вѣерообразную форму. Цѣлые часы проводятъ китайцы на воздухѣ, изрѣдка прикрывая вѣеромъ слишкомъ накалившійся лобъ; другой обвернетъ нѣсколько разъ голову косою, которую впрочемъ всегда распуститъ, если говоритъ съ человѣкомъ выше его званіемъ, какъ будто снимаетъ шапку. Когда клиперъ вытянулся изъ дока въ рѣку, я, какъ больной, помѣстился на китайской лодкѣ, на которую сгру- зили паруса и другія вещи, мѣшавшія работамъ на суднѣ. .Лодка была длинная, съ круглымъ навѣсомъ; наверху