b000000551

— 160 — Эта хижина и эта таинственная пристань могли быть пріютомъ пиратовъ, въ чемъ мы и были увѣрены; при- плывшіе малайцы, съ своими кинжалами за поясомъ, ка- зались очень подозрительными. Знаками спросилъ я ихъ: зачѣмъ они вооружены? На это они отвѣчали, что этими кинжалами они рубятъ дрова, а я самъ видѣлъ около ихъ хижины отличные топоры. Между тѣмъ, на берегу, наши матросы разложили огонь, заварили кашу, стали мыть бѣлье и развѣшивать его на деревьяхъ. Романтйческій разбойничш притонъ сталъ при- нимать характеръ болѣе прозаическій. Вспомнили и мы о чаѣ, о винѣ; въ это время матросы, отлучившіеся на фуражировку, таскали къ намъ спѣлые ананасы цѣлыми десятками. Уснѣли мы и выкупаться; вода такъ прибыла, что вынущенныя на берегъ лодки, поднявшись, покачи- вались прибивающею волной; вѣтви деревъ легли на воду, барказъ подтянули, и, поставивъ паруса, мы отправились на другой островъ; хотѣли пристать къ песчаному берегу, чтобы набрать раковинъ, но другой островъ, съ пальмами, соблазнилъ насъ. Вѣтеръ былъ крутой бейдевинде и мы должны бйли лавировать. Матросы, не запуганные ко- мандными голосами, маневрировали легко и безъ шуму; нѣкоторые затянули нѣсню, другіе покуривали самодовольно трубочки, лежа подъ банками. Берегъ, соблазнявшій насъ, былъ такъ хорошъ, что мы никакъ не могли противиться влеченію побывать на немъ. На краю его, подъ тѣнью нависшихъ кокосовыхъ листьевъ, виднѣлись хижины; у прибрежья замѣтно было движеніе; нѣсколько пестрыхъ фигуръ хлопотало около лодокъ. Мы пристали хорошо; деревенька казалась зажиточною; въ одной хижипѣ ма- лайка, въ очкахд, сидѣла передъ ткацкимъ станкомъ и ловко перебрасывала легкій челнокъ между оснащенными нитками. Всѣ домики стояли въ непроницаемой тѣни паль- мовой рощи. Выйдя изъ рощи, мы поднялись, едва про-