b000000453

152 ДЕКАБРИСТЫ ВЪ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ. Горчакова, то онъ и желалъ бы оставить это обстоятельство безъ дальнѣйшаго вниманія, тѣмъ болѣе, что перемѣщеніемъ Шгейнгеля имѣлось въ виду не наложеніе на него взысванія, а единственно — удаленіе изъ мѣста, гдѣ онъ былъ вреденъ, что уже вполиѣ достиг- нуто". Замѣчанія Тобольскому губернатору князь Горчаковъ также не сдѣлалъ, сообщивъ лишь Ладыженскому, что графъ Бенкендорфъ находитъ его неправымъ, какъ допустившимъ государственнаго нре- ступника медлить исполненіемъ распоряженія генералъ-губернатора. Пробывъ на жительствѣ въ Тарѣ оволо двухъ лѣтъ Штейвгель возбудилъ ходатайство о своемъ нереводѣ въ другой городъ. Въ ян- варѣ 1845 года графъ Орловъ увѣдомилъ князя Горчакова, что госу- дарственный преступникъ Штейнгель, водворенный въ Тарѣ, обра- тился къ нему съ просьбою о переводѣ его въ гор. Тобольскъ или Тюмень, при этомъ графъ Орловъ нисалъ внязю Горчакову, что, имѣя въ виду прежній постунокъ Штейвгедя, за который онъ неремѣщенъ былъ въ Тару изъ Тобольска, онъ находитъ, что переводить его об- ратно въ этотъ городъ было бы неумѣстно, но что вмѣстѣ съ тѣмъ нѣтъ причины ему отказывать въ водвореніи его въ Тюмени, если со стороны мѣстной администраціи не встрѣтится къ тому какихъ-либо пренятствій. На это увѣдомленіе князь Горчаковъ 5 марта 1845 г. нисалъ графу Орлову: „Изъ отношенія моего къ предмѣстнику вашего сіятельства отъ 26 ноября 1843 г. вы изволите усмотрѣть, что, не взирая на всю дерзость укоризнъ государственнаго преступника Штейнгеля, оскорбившаго въ моемъ лицѣ званіе главнаго мѣстнаго начальника, просилъ я покойеаго графа Бенкендорфа оставить эту наглость безъ того наказанія, котораго самъ графъ нризналъ его до- стойнымъ. Затѣмъ не полагаю чтобы у вашего сіятельства могъ оста- ваться малѣйшій поводъ подозрѣвать меня въ личной ненависти къ Штейнгелю, На предложеніе ваше о нереводѣ Штейнгеля въ Тюмень честь имѣю отозваться: во-первыхъ — изъ всей Сибири Тюмень есть ближайшій городъ къ Россіи и онъ лежитъ на большой дорогѣ, куда вообще водворять государственныхъ престунниковъ воспрещено, да и подобное неремѣщеніе было бы особенною милостію, которую нивто изъ сихъ господъ, далеко превосходящихъ нравственностію Штейн- геля, не пользуется; во-вторыхъ— это снисхожденіе послужило бы при- мѣромъ безсидія мѣстной власти надъ всѣми государственными пре- ступниками и, наконецъ, вътретыіхъ — но случаю утвержденія въ семъ городѣ ярмарки господинъ Штейагедь пріобрѣлъ бы возможность сво- боднаго сообщенія со всею Россіею и обширное поле къ козням^ коими онъ въ иродо.іженіе всей жизни отличался".