b000000449

— 25 — Такъ говорили про него; Но мы послупіаеіѵгъ его. — Въ Карелѣ рано, надъ лѣсами, Сребро и бисеры блестяшъ И съ желтымъ злагпомъ, полосами, Отгпѣнки алые горяшъ, И тихо озера лежатъ На рудяныхъ своихъ посгаеляхъ. ( 18) Ужь сосны золотятся днёмъ И, съ красно-грудьшъ снѣгирёмъ, Клесты кричатъ на осіпрыхъ еляхъ. . . Но пусгао все на сихъ брегахъ, И грусггшо въ пасмурномъ загаворѣ!. . . . Она одна ! — О разговорѣ Быломъ мечтаетъ .... Гдѣ жъ монахъ ? — Онъ обѣщалъ придти .... — Придегаъ ! . . . , Онъ здѣсь. . . . .вздохнулъ и помолился И взоръ отъ грусши прояснился, И онъ о прежнемъ рѣчь ведетъ: к He помню , долго ль я былъ боленъ .... Но разъ ..... На мнѣ ужь нѣтъ желѣзъ ! — Мнѣ говоряшъ : » Иди : ты воленъ ! » — Подъ вышиной родныхъ небеоъ Стоялъ я долго , какъ бездушный ..... Ахъ ! кто неволю испыталъ — Кпіо зналъ затворъ неволи душныи, — 4