b000000444

202 Л. Г. ГОРНФЕЛЬД. эту заметку. В этих пятнадцати характеристиках ото- шедших деятелей русского правосудия и законодатель- ства автор сосредоточился не на формах и результатах их общественного служения, но на своеобразии их цело- купной личности. Он дал не ее анализ, но изображение; точнее. он дал и анализ — без предварительного анализа невозможно изображение,— но это «мастерство подножием поставил он искусству», и надгробные панегириіш^ собранные в его книге, по своей наглядности, отчетли- вости и жизнениости могут считаться образцом литера- турной характеристики. Искусство литературного портрета сталкивается с теми жь трудностями, что и искусство портрета живописного. Количество красок и форм, которьши орудует самое вы- сокое мастерство, как известно, невыразимо бедно пред лицом беспредельного лногообразия действительности. Так и в слове, так й в мысли. Богатству красок и форм здесь должно соответствовать богатство категорий, кото- рыми мы воспринимаем и определяем личность. Это богатство весьма относительно. Сколько бы ни было красок на палитре художника, мы знаем, что число их ни- чтожно, ничтожно даже разнообразие их комбинаций пред пестротой живого мира. И однако живой мир изобразим на картине; и немногие черты, немиогие слова воссо- здают пред нами живую личность. В этом мастерство, в этом творчество. Вшшательный читатель книги г. Винавера заметит довольно скоро, что при всезі разнообразии жизненных индивидуальностей, представленных в ней, самые точки зрения автора не так разнообразны. Его внимание на-